Кролем по священной реке

 – А почему машина не подъезжает к самому комплексу? – спросила Рыбка. Этого она прежде не знала.

– Запрещено, так как выхлопные газы загрязняют воздух, а Тадж-Махал – он же из мрамора… быстро пачкается. Его и так постоянно чистят, – объяснял Алессандро.

Он опять купил им билеты и пояснил, что нужно оставить в камере хранения либо сумки, либо запрещенные для посещения предметы: ручки, книжки, тетрадки, еду, сигареты…

– Мы не курим! – объявила Вера. Потом подумала: – Девчонки, а давайте, сложим всю контрабанду в мою сумку, я ее и сдам.

Так они и сделали.

На входе стояло две очереди – из мужчин и из женщин. И еще одна – из обезьян – рядом: несколько краснозадых красавчиков и красавиц с обычным охвостьем терпеливо ждали, пока кто-нибудь не обронит еду. Одной перепал кусок банана в кожуре… счастливица взлетела на ворота с добычей, победоносно оглядывая конкурентов!

Оказалось, очередь не для них.

– У нас дорогие билеты, а у меня вообще виза журналиста, так что мы нигде ничего не ждем! – объявил Алессандро.

Индийская охранница старательно общупала каждую из них. – Девчонки, возбуждает! – хихикнул Юлька, оглядываясь на подруг. – Интересно, а мужиков тоже везде щупают?..

Алессандро что-то терпеливо объяснял охранникам, но его все же пропустили с камерами. – Всегда одно и то же, – пожаловался он.

Вначале они вышли к красивым красным воротам, украшенным изящными цветочными узорами над входом. – Это главные ворота, точная копия гробницы Хумаюна в Дели, – рассказывал Алессандро, щелкая их на фоне входа, любопытных толп и массивных деревьев. Вокруг сновало множество фотографов-индийцев, но, заметив технику итальянца, они даже подойти не решались, дабы предложить свои услуги.

И вот они очутились лицом к лицу с восьмым чудом света, если верить энциклопедиям. Громада из белого мрамора словно парила перед ними. К ней вела бирюзовая дорожка водоема, а на пути – большущая мраморная платформа, на которой толпилось какое-то безумное количество народа.

– Конечно, лучше было бы снимать без всех этих людей, – проговорил Алессандро, меняя линзы на объективе. – Но это слишком дорогое удовольствие.