Разрешите вас пригласить

Стакан свежевыжатого апельсинового сока принесите ещё, – проговорила она, определившись с выбором.

Девушка повторила заказы, чтобы убедиться в твёрдости выбора клиентов, и убежала на кухню.

Тоня огляделась. Действительно стало приятнее. Она смотрела на соотношение цветов, на дизайн, который радовал глаз, её всегда привлекали такие вещи. Успела оценить мебель и полы, стены с натюрмортами, глядя на которые приходил аппетит.

– Ты просто не бери в голову, Тонь. Она дура, которая решила, что на чужом несчастье можно что-то построить, – вдруг заговорил Костя.

– Что? – помотала головой они, возвращаясь в реальность. – Я благодарна тебе за обед, Кость, но дальше говорить об Оле не хочу.

– Я и сам разведён, так что прекрасно тебя понимаю, – сказал Засельский. – Брат по несчастью, так сказать.

– Я помню, ты говорил, – вздохнула Антонина. – Катя по-прежнему не подпускает тебя к Сонечке?

– Да. – друг кивнул, подумав о чём-то своём. – Она даже поговорить с ней не дает.

– В том, что у нас с Гришей не было детей? – с долей гнева спросила Антонина. – Тоже мне, везение. Лучше бы были, – посетовала она раздражённо.

– Ты не подумай, я не хочу обидеть, – оправдался Костя. Он замолчал, не желая продолжать разговор в присутствии официантки, которая расставляла кофе и салаты на столик. Когда она ушла, он продолжил: – Просто ты не переживала бесконечные суды, мотания туда-сюда в попытке что-то изменить.

– Помнится, ты попал в аварию, – дополнила Антонина. Она тут же почувствовала голод при виде острого салата.

– Ещё и в нетрезвом виде, – отломив кусочек хлеба, пояснил Константин. – И, хотя виноват в ДТП был не я, судья-мужененавистница зацепилась за это, как клещ, и присудила Соню Катьке. Даже апелляции не смогли ничем помочь.

– Может быть, с ним поговорить?

– А что это даст? – процедил Засельский. – Будь я на его месте, я бы не перестал прикрывать свою беготню тобой. Наоборот, это дало бы мне повод ещё больше привлечь твоё внимание. Тем более, он полицейский. Он же наверняка знает, как действовать на нервы.

– Да, в этом он мастер, – вздохнула Антонина.