Кент ненаглядный

Да он нашел бы и Атлантиду, скажи ему только, что пачка купюр погребена среди древних развалин! Деньги от него нельзя было спрятать, и как не исхитрялась мама, он неизменно выходил победителем. Славка отыскивал банкноты в стопках постельного белья, доставал их из замороженной курицы, находил в банках с крупами. Чутье профессионального вора, обостренное маячившей рядом ломкой, не подводило его.

Но денег в квартире не оказалось. Видимо, мама предусмотрительно оставила их в сейфе на работе. Это означало одно: нужно вступить в контакт с товарищами по несчастью и сообща что-нибудь придумать.

Славка отправился в тихий дворик, где по вечерам, в сумрачной тени деревьев собирались родственные ему души. Здесь, вдали от посторонних взглядов, они искали пути решения своей проблемы.

Увидев блеклые, лишенные красок жизни лица, Славка поздоровался.

– Хай, – приветствовал его Костыль, одетый в старый, бесформенный, на два размера больше, чем следовало, костюм.

– Привет, еле ворочая языком, выдавил Шиш.

А маленькая и бледная, точно невеста Дракулы, Яна безмолвно махнула рукою.

Угадав некоторое умиротворение во внешности приятелей, Славка спросил:

– Поставились?

– Угу, – Костыль осторожно, словно боясь промахнуться мимо рта, поднес к губам сигарету. – Можешь тоже врезаться. Для хорошего человека ничего не жалко.

Славка тут же вмазался и, закурив, поинтересовался:

– Откуда дровишки?

– А-а-а, – протянул Костыль. – Шиш подбанчил. Он у нас нынче герой-любовник.

– Как это?

– Тёлу одну приболтал, ха-ха.

Этой дуре двадцать лет, а члена не видывала. Тощая, как моя жизнь. Кто на такую позарится? В общем, любви хочет, а тут Шиш. На безрыбье, сам понимаешь, и жопа соловей. Родители этой шкуры при «бабках», на рынке турецкими гнидниками торгуют. Вот Шиш ее и крутит, как мельницу.

– Да-да, – подтвердил Шиш. – У них дома товару-у-у…, – он провел пальцем по горлу. – Вчера две кожаных куртки насадили, сегодня – три. Там, прикинь, даже и не убыло. От большого немножко – не грабеж, а дележка.

Завтра еще закрома тряхнем. Побольше утянем, чтобы «лекарства» в достатке было.

– Смотри, не почерней, – сказал Славка.

По опыту он знал: наркомана губят не мелкие приходы, а большой куш. Получив хорошие деньги, наркоман покупает героин впрок, с избытком. И точно так же ставит его – усиленной дозой. Отсюда передозировки и смерть.

– Не почернею, – заверил его Шиш. – Сдохнуть сейчас, когда все так сливочно – это верх скотства.

Все засмеялись.