Москва – София

Правда, помимо стилистического недовольства глупым школьным словом, ничто в Алисином над– и подсознании не воспротивилось этой идее. Она ничего себе не представила. Ни обиженного пухлого лица Егора с капельками пота над верхней губой. Ни плач заброшенного развратной матерью малыша – Тусика. Ни маму, капающую в свою любимую зеленую чашку воняющий на всю кухню корвалол. Ничего.

Поэтому когда Саша – высокий, короткостриженый, с мощными руками и детской улыбкой –попросил ее номер телефона, она продиктовала не раздумывая.

Саша был случайным рабочим партнером. Один из проектов требовал сделанную на заказ деревянную штуковину, Сашина компания делала на заказ штуковины. Вот так все просто.

Алиса думала, что они пойдут в кино, или в кафе, или в ресторан, или в клуб, или куда там люди ходят на свидания. Они с Егором были вместе почти девять лет. Она забыла, как это делается. Но Саша сразу повез ее в квартиру в Новой Москве.

То, что раньше было даже не окраиной, заокраиной – пустые поля, березовые рощи, редкие дачки и соседствующие с ними кладбища – покрылось одинаковыми новыми и чистенькими кварталами.

Там были свои фитнес клубы, свои Перекрестки и Пятерочки, свои детские сады. В кварталах в основном жили семьи с маленькими детьми.

В Сашиной просторной квартире было четыре комнаты. Пока он гремел на кухне тарелками, Алиса заглянула в одну. Детская. И во вторую. Еще одна. В третьей комнате была большая кинг– сайз кровать и пушистый крупной вязки плед. На прикроватной тумбочке валялась книжка Донны Тарт.

Шторы были красивые, льняные, сложного винного оттенка, явно пошитые на заказ.

Алиса аккуратно закрыла дверь спальни и поплелась на кухню.

Саша – веселый, разгоряченный, колдовал над куском мяса. «Наверное, он отлично готовит», – подумала Алиса, а вслух сказала:

– А мы прямо здесь?

– Что здесь? – отвлекся от маринада Саша.

– Я здесь не могу, – сказала Алиса и села на стул. – Ну… У тебя жена же, да? Дети.

– Так у тебя ж тоже! – возразил Саша.

– Да, но я же… Я же не это… – скисла Алиса, не закончив предложение.

– Алис, я не понял, в чем проблема?

– Поехали куда-нибудь, а? – попыталась все исправить Алиса.

С фотографии, пришпиленной магнитом на холодильник, на нее смотрела молодая женщина и двое мальчишек. У женщины были светлые волосы, прозрачные русалочьи глаза и тонкий нос. Через нежную кожу проступали венки. У ее сыновей были Сашины озорные улыбки, но материнская тонкость черт и какая-то общая прозрачность.