Чужое мнение

30 стариковских палат западного крыла, 28 палат с больными среднего возраста в южном крыле и 5 палат с особо тяжкими случаями в крыле восточном.

В это время обход был, по сути, формальностью. Многие старики еще находились в общих залах на первом этаже, беседуя о своих делах с другими пациентами, ну или с самими собой, что встречалось даже чаще. Нужно лишь пройти каждый этаж, пересчитать стариков, поздороваться с теми, кто поадекватнее и отметить в журнале время и результат обхода.

– Билли! Билли, мальчик мой, – окликнула одна из старушек.

– Мадам Цукерман, – кивнул ей Билл и чуть ускорил шаг.

Женщина лет 70 с жидкими седыми волосами не отставала:

– Билли, постой, ты совсем не уважаешь свою мать! – старушка казалась разгневанной, но весь персонал знал, что актриса в прошлом, зациклилась на роли матери из-за провалившегося спектакля. Ее тогда выгнали с треском из труппы. Творческая душа еврейской актрисы не выдержала такого удара и мадам Цукерман пристрастилась к бутылке, а может и еще чего хуже и к 60 годам оказалась в клинике для душевно больных.

Боже мой, – думал Билл, – а ведь она поступила к нам когда я еще стажировался. 10 лет торчу на этой должности, отрастил проклятое пузо и разучился общаться с нормальными людьми. Да что там лгать самому себе, раньше тоже не особо хорошо с людьми ладил. Всему виной жуткая скромность и детские проблемы.

– Мадам Цукерман, ну что Вы? Я просто выполняю свою работу и не хотел Вас как-то обидеть, – пришлось остановиться и ответить старухе.

– Вечно вы, молодые, спешите и забываете про своих стариков.

– Я на работе, мадам…

– Мама! – перебила женщина, – почему ты не называешь меня мамой? Матери родной стесняешься?! Так значит я тебя воспитывала?! – женщина начинала переходить на крик и другие пациенты начали замолкать, поглядывая на развитие событий.

Как же она раздражает, столько лет одно и то же, – думал Билл. Что интересно, только сотрудников охраны она называла сыновьями. Доктор Грант уверен, что связано это с сыном мадам Цукерман.

– Мама, да, конечно. Простите за невежество своего сына. Закрутился в делах, – пошел на уступки Билл.

– Вот, совсем другое дело, старушка скучала по тебе весь день. Ты же знаешь Крисик, он такой занятой, у него карьера серьезная, бизнес большой.