Кандидатская для посудомойки. Сборник рассказов

Ты в среду ложишься в больницу. Мы должны. Правда, должны.

Муж молчал.

– Гера, я звоню Вадимычу?

– Звони, – каким-то чужим голосом ответил Герман и положил трубку.

Вадимычу пришлось нажать на все мыслимые и немыслимые кнопки, воспользоваться своим далеко не последним в районе служебным положением, прежде чем он уговорил сотрудников питомника забрать собаку. Агрессивного, взрослого кобеля с поломанной психикой.

Лиза отлично всё это понимала. И в тот день, когда за Псом должны были приехать, не находила себе места, боясь, что не приедут, не заберут, не справятся, да мало ли еще таких «не».

И все-таки, когда в пятнадцать минут третьего зазвонил телефон, она вздрогнула от неожиданности и долго не могла взять трубку.

– Лиза, мы не успели, – прошелестел Вадимыч.

– Что? Что не успели?

– Мы опоздали на десять минут.

Только спустя час Лиза смогла набрать номер мужа

– Гера, зачем?

– Друзей не предают, Лиза!

Медуза Горгона

– Мам, а ты герой? – Мотька увлеченно прокладывал ложкой путь кораблям в океане горохового супа, ловко лавируя между скалами из гренок.

– Несомненно! Тот, кто ежедневно занимается побудкой младенцев и доставкой их в школу, – самый геройский герой на свете, – Вита, не поворачиваясь, грохотала сковородками на плите.

– А я герой?

– Будешь, если домучаешь суп и наведешь, наконец, порядок в своем свинарнике.

– А папа герой?

– О, дааа! Одно перечисление его подвигов потянет на увесистый роман.

– Мотя, что случилось? – вопросила заботливая мать, энергично размахивая ножом.

Матвей Сергеич, двадцать пять килограмм ее чистой радости и полкило веснушек довеском, с недавних пор ученик третьего класса, сосредоточенно украшал гренки горошинками.

– Так грустно, мам, так грустно! Никакой цели в жизни.

Вита метко метнула нож в мойку, обтерла руки о передник и, прихватив кружку с кофе, выжидательно уселась напротив сына.

– Понимаешь, мы сегодня на литре миф о Персее обсуждали. И Васька, – Вита изобразила непонимание, – ну, этот наш клон Терминатора, сказал, что ерундовский подвиг, он бы и сам легко справился. А он бы не справился, мам, понимаешь, не справился. Тетку чисто физически он, может, и смог бы замочить. – Женщину, – машинально поправила Вита. – Ну, женщину.