Муха. Сборник рассказов

 – Оказывается тупой монотонный труд в сочетании с ежедневным пьянством, отшибают все мысли. Вот так и лежал, тупо глядя в потолок.

Дверь открылась, кто-то вошел в прихожую.

– Андрюша, ты дома? – позвала Галина Кузьминична. Отвечать не хотелось, и он отвернулся к стене.

– Жильца я пустила. Комнату сдаю. Видно не пришел еще. Вот и хорошо, – слышался бабкин голос.

– С кем это она? – нехотя подумал Андрей. Затем все стихло. Но через минут двадцать послышались какие-то звуки и пыхтения. Андрей прислушался.

– Этого не может быть! Ей же лет 65, а может больше, – пронеслась догадка.

Он тихо подошел к двери приоткрыл ее и выглянул в коридор. В старой бабкиной квартире двери были со стеклами. Сейчас таких не делают. Стекла были прозрачными. Вот через это стекло Андрей и увидел. Лучше бы не видеть.

Старуха то ли лежала, то ли сидела в кресле, неестественно задрав и расставив ноги. Старческие полиартритные пальцы на ногах, были растопырены и то сжимались, то разжимались в такт движения, которые производил мужичок бомжовского вида, пристроившийся сверху этой конструкции.

Галина Кузьминична была к тому же в чулках на поясе. Не в таких, как сейчас носят. Ее пояс и чулки были ровесниками дверей квартиры и не выпускались лет тридцать. Андрей даже не поверил сразу. Подумал, заснул, и это ему приснилось…. Его затошнило хуже, чем от красного с водкой. Он быстро вернулся на диван.

Бомж пропыхтел минут с двадцать. Во всяком случае, Андрею показалось, что целую вечность.

– Ни фига себе, – думал он, – дерет старуху по полной программе.

Воображение тут же выдало картинку, от которой опять затошнило. Поэтому идти проверять, как там у них на самом деле, не захотелось. Было еще и крутое прощание: «Держи бутылку и давай, а то квартирант вернется», это старуха. «Маманя, деньжат бы рубликов сто. А?», это бомж.

– На, и иди, – дверь захлопнулась.

– Такие дела – думал Андрей – бутылка, да стольник, и бомж из-под гастронома утешит старушку. А она ничего еще, – пробовал он шутить, но не получалось – вспомнил пояс широкий в пол метра с такими уродливыми железно-резиновыми пристежками.

На следующий день по дороге на работу толи от вчерашнего порно, то ли природа брала свое, он вспомнил, что не занимался этим неделю или больше. Подготовка, устройство на работу – завертелся, упустил.

У него были женщины, ну знакомые для романтических непродолжительных встреч, но вряд ли стоило им показываться в таком виде.