Кто я сегодня?

А что если Максим уже давно ответил?! Если так, то, что именно? Может он уже давно стер из памяти девчонку, которая была когда-то влюблена в него… И теперь даже не узнает её лицо. А может у него слишком ревнивая жена, которая проверяет телефоны и держит поводок их отношений в своей руке?! Или же он, наоборот, ждал этого сообщения. И теперь, глядя на фотографию ее профиля, на которой она, безусловно, похорошела и стала более роскошной, жалеет о том, что упустил тогда свой шанс.

Мои мысли были где угодно, но только не за этим круглым столом.

– Заюш, а давай какой-нибудь фильм посмотрим? – Руслан подошел ко мне сзади и обнял. – Брось ты эти тарелки.

Если честно, я удивилась. Это было настолько не похоже на Руслана, что я даже поверила в шестое мужское чувство. Муж держал меня в своих объятиях так крепко, словно хотел привязать к себе мои беспокойные, далекие мысли.

– Зай, давай не сегодня! Я просто хочу поваляться и отдохнуть. – В мои планы сегодняшний просмотр фильма не входил. И я попыталась увернуться.

Но, мужа было не пронять. Он крепко сжимал меня.

– Ну, дай хоть немного так постоять! Когда я обнимаю тебя сзади, мое сердце бьется в такт с твоим. И создается впечатление, что на двоих у нас одно сердце. – Он даже сам рассмеялся от своих слов. – Смотри, какой я у тебя романтик! Старый сентименталист…

Я тоже деланно рассмеялась.

Мы постояли так еще минуту. Затем Руслан пошел выбирать фильм для просмотра. А я, воспользовавшись моментом, проскользнула в ванну и закрыла дверь на засов. Там я, как шпион, боясь быть замеченной, достала телефон и открыла заветную вкладку. Долгожданный конвертик ждал меня на странице, давая понять, что мне ответили. Я открыла его и зажмурила глаза, используя этот детский прием для переживания особо волнительных моментов.

«Привет, Алинка-Снежинка! Рад тебе. У меня всё хорошо. Служу России. Как ты?». Эти пять коротких предложений внесли полную сумятицу в мои и без того беспокойные мысли. Сердце затрепетало. Он помнит, как меня называл! Алинка-Снежинка! Он помнит! Совершенно не зная, что ответить, одно я понимала точно: надо как можно скорее выходить из ванны. Причем с невозмутимым, ничего не выражающим лицом.