Самая большая мечта

Людмила Алексеевна поднесла кошелёк к лицу дочери с намерением вызволить её из такого тяжкого оцепенения. Но Тина не проявила ни малейшего желания взять в руки кошелёк, полюбоваться им, порадоваться покупки, помять пальчиками. И оценить его добротную выделку. Дочь смотрела на кошелёк, как на какую-то совершенно ненужную побрякушку, которую можно без сожаления выбросить на мусорную свалку.

– Хороший кошелёк, – равнодушно сказала она и отвела от него глаза.

– Значит понравился, – облегченно вздохнула мать.

– Мам, спрячь этот кошелёк.

– Спрятать кошелёк?! – ничего не поняла Людмила Алексеевна.

– Да, спрячь.

– Куда же его спрятать?

– Спрячь куда подальше.

– Как это куда подальше? – вздрогнуло сердце матери.

– Спрячь до лучших времён.

– Как это до лучших времён? До каких это до лучших? Ты сама меня просила купить тебе кошелёк фирмы «Шанель». Сегодня утром перед уходом на работу. Что с тобой, Тина?

– Мне сейчас не нужен никакой кошелёк. Никакой фирмы.

– Почему не нужен?

– Сегодня хозяин фирмы уволил двоих сотрудников.

Я в их числе.

– Опять кризис? – обременительно вздохнула Людмила Алексеевна.

– Не знаю, – еле раскрылись губы Тина.

– Господи, когда же всё это закончится?

– Не знаю, – бессильным, безнадёжным голосом сказала Тина.

– Но ты не волнуйся доченька, не расстраивайся так сильно. Кризис приходит и уходит. По телевизору сейчас говорят, что кризис уже кончился. Началось развитие.

Тина легла на диван, положила голову на подушку и, ничего не сказав, повернулась к стене.

Людмила Алексеевна долго сидела на диване, рядом с дочерь, ожидая, когда к ней вернётся прежняя жизнь, и она снова станет нормальным человеком. Она думала о лучших временах, которые, по её убеждению, должны скоро наступить, и кошелек фирмы «Шанель» станет нужным для дочери.

Только три слова

В приемную Коля Мошкин влетел быстрее кометы Галлея. Как всегда, неутомимы, напористый, решительный, в синей спецовке, чувствительно пропитанной запахами машинного масла и еще какими-то горные-смазочными материалами, красноречиво говорящими о его тесной каждодневной связи с техникой.

В его живых, быстрых глазах неуемно полыхало какое-то нетерпеливое и, по всей вероятности, очень страстное желание. Он чересчур торопился, будто куда-то безнадежно опаздывал, и по его разгоряченному, озабоченному виду было заметно, что он явился сюда с непомерно важными проблемами. Невероятно срочное или даже сверхсрочное дело.