История одного озарения

Автобусы в выходные дни ходили плохо, особенно ближе к ночи. Маша думала, что дойти до дома пешком было бы проще, но родителям так не казалось, поэтому иногда приходилось стоять на морозе по двадцать-тридцать минут, прежде чем подъезжал нужный им «скотовоз», пыхтящий и воняющий дешёвым горючим. В то время возле станции ещё не было никаких торговых центров и больших магазинов, поэтому даже никакие неоновые огни своим светом не скрашивали ожидание.

Путь до дома на автобусе не интересовал Машу, потому что в то время в новом Зеленограде всё стремительно менялось: строились новые высокие дома и целые районы, а домики деревенского типа сносились; автобусы меняли свои маршруты каждый раз, поэтому её сознанию, цепляющемуся за стабильность, было не за что ухватиться.

И только четыре пятиэтажки, следующие одна за другой, неизменно обращали на себя внимание Маши с тех самых пор, как они переехали в Зеленоград. Эти дома, как Останкинская башня в электричке, приковывали к себе взгляд. Слишком низкие по сравнению с другими домами в новом городе, но в то же время, видимо, ещё достаточно надёжные, они выделялись стабильностью на фоне глобальных изменений.

После выхода на нужной остановке становилось совсем тоскливо. Остановка эта находилась возле депо, из которого постоянно доносился скрип и лязг. Вид какой-нибудь калининской электрички, быстро набирающей ход, мог бы поднять настроение Маши, но в позднее время электрички ходили только до Зеленограда, после чего с привычным скрипом и лязгом устраивались на ночёвку.

Возле дома, как правило, было бесшумно и спокойно. Только со стадиона доносились голоса молодёжи да редкие удары шайбы или мяча о деревянный борт. В хоккей или футбол никто не играл: на «коробке» в это время суток собирались в основном старшеклассники, чтоб покурить, спрятавшись за бортом от окон родительского дома, да просто тупо пощёлкать шайбой об борт. Иногда, когда было особенно холодно, работники ЖЭКа заливали каток. Но даже вид этих замученных и замёрзших людей, получающих копейки за свой неприятный труд, не делал для Маши приятным вход в свою тёплую квартиру.

* * *

Но не всё было так плохо в жизни Маши. Хорошее и плохое всегда чередовалось. Пожалуй, если бы не было плохого, то и хорошее не казалось бы таковым.

Ещё в самом начале школьного обучения Маше полюбился учебник естествознания, но особую связь с ним девочка ощутила только спустя несколько дней после того, как начались её первые летние каникулы.