Полуэктов, или Ничего необычного

Такие безмозглые и целеустремленные, – с какой-то обидой или злостью сказала Женя.

– А по мене, это просто такой бизнес и ничего личного. Кто-то же должен этим заниматься: если есть спрос, то обязательно будет предложение.

– Предложение чего? – переспросила Женя.

– Ну, этих… политиков. То есть кандидатов. Тем более что с ними работают такие политтехнологи, как Завадский.

– Да ну его, этого Завадского!

– Он что, обидел тебя? Я вижу, ты к нему совсем неравнодушна, – попытался пошутить Полуэктов.

– Он меня обижает уже одним своим выражением лица, – невозмутимо ответила Женя и с хрустом разъединила бамбуковые палочки.

Принесли роллы. Женя начала жадно их поглощать. Существует расхожая поговорка: «Как человек ест, так он и работает». Полуэктову не нравилась такая трактовка, подходящая больше для крестьян на сенокосе. Однажды он придумал другой вариант: «Как человек ест, так он и занимается сексом». Для современного городского человека такая поговорка более подходящая. Полуэктов наблюдал за жующей Женей, и ему чертовски захотелось секса с ней.

Фантазия у Полуэктова была богатая.

– У меня есть брат, революционер. Прости господи! – доев очередной ролл, сказала Женя.

– Вот это сюрприз! Ты не только с богемой дружишь, но и в революционном движении принимаешь участие.

– Какое там революционное движение? Мой брат Борис своей бурной деятельностью измучил родителей.

– А он старше тебя или младше? – спросил Полуэктов.

– Старше. На пять лет. У нас семья вообще-то большая. У меня еще и сестра есть.

Иринка старше меня на два года, а я младшенькая и самая любимая. У брата слишком активная жизненная позиция. Он за правду, Россию и справедливость. Поэтому с ним жить невозможно.

– А чего плохого в том, что он за справедливость?

– Все дело не в идеалах, а в том, как ты к ним стремишься и что ты делаешь для этого с окружающими. Пока Боря учился в университете, он был и национал-большевиком, и коммунистом, и еще бог знает кем. Но самое главное, его борьба за справедливость – это, как мне кажется, лишь для того, чтобы не было скучно.

Если Завадский умудряется заниматься интеллектуальной проституцией без мозгов, но за деньги, то Боря – все за идею, но от скуки. Лучше бы за деньги.

– Интересный у тебя братец.

– Да, обхохочешься до слез. Родителей жалко, им приходится его содержать и отмазывать от блюстителей общественного порядка. Он нигде не работает. В его жизни есть только митинги, листовки, собрания и молодые активистки.