Жемчуга и самоцветы. Избранные стихи и песни. Том 2

Ну, дык, с этих пор река

И осталась крошкой.

IV

А у Волги, без брехни,

Окромя двойняшек,

Было множество родни,

В том числе племяшек.

И одна из них река

(Ахтубой прозвали)

Тётку стала допекать,

Мол, в степные дали

Той ходить никак нельзя

По чужим дорогам.

У неё своя стезя,

Заданная Богом.

Бег у Волги чуть утих,

Вспомнились адаты.

А племяшка – Где ж жених?

Каб мила была ты,

От любови без ума

Рядом был бы ныне.

Что ж ты рыскаешь сама?

Где твоя гордыня?

Слово за слово, и вот

Волга понемногу

Вновь свершила поворот

На былу дорогу.

Ко Хвалыни на рысях

Двинулась, как прежде,

Крест поставивши в слезах

На своей надежде.

Дон, узнав про сей каприз,

Осерчал и с горя

Повернул и двинул вниз,

В Сурожское море.

Так на долгие века,

Словно бы кордоном,

Волга-матушка река

Разлучилась с Доном.

Легенда о донском цветке-бессмертнике

(по мотивам легенды донских казаков)

I

Давно это было, в лихие года

На Дон налетела с востока орда,

Прошла по Присуду с мечом и огнём,

Хлеба потоптала монгольским конём,

Поля окропила казачьей рудой,

Связала невольников крепкой уздой,

Разрушила храмы, сожгла городки

И в степи вернулась от Дона-реки.

А вслед за ордой от свово куреня

Плелись полоняне, судьбину кляня.

Ох, много донцов той далёкой весной

Узнали про вражий аркан власяной.

II

У Марьи-казачки монголы родню

Забрали с собою в полон на корню —

Любимого мужа и сына-мальца,

И дажедь почтенного старца-отца.

Спалили избёнку, порушили баз,

Она, же в леваде укрывшись, спаслась.

Ох, как горевала, оставшись одна,

Уж лучше б с семьёй бедовала она!

Потом порешила, что будя кричать,

В Орду ей дорога, родню выручать.

Отвесила Дону прощальный поклон

И двинулась прямо в ордынский полон.

Нелёгок и долог был путь у неё,

Безлюдные степи, не встретишь жильё.

Достались казачке и холод, и зной,

И голод, и жажда, и волчий конвой.

Она шла вперёд, разбирая следы,

И так через год добрела до Орды.

Оборвано платье, обувки нема,

Зияет прорехой пустая сума,

Тоща, что и мёртвый глядится живей,

Но всё же добралась до цели своей.