Монтаж

Я лежал, хватая ртом воздух, подсвеченный уличным фонарем из окна, за стенкой шумела вода, в соседнем номере кто-то стонал. Через некоторое время она вышла в полотенце, поцеловала меня мягкими искусанными губами, оделась и ушла.

– Мне пора, – сказала она в дверях, – спасибо тебе.

До утра было еще совсем далеко. Я спустился вниз и взял себе бутылку дешевого бурбона, сидел, не включая свет, рассматривал узор теней на стенах. Во дворе кто-то громил мусорные баки. Я прихлебывал, пока рука не устала держать бутылку.

Утром меня разбудила горничная и выпроводила восвояси.

***

Мы с Морозовским прибыли в офис в понедельник утром. Подошел Геннадий Олегович и прогудел из отверстия в своей огромной голове:

– Первую медицинскую помощь оказывать умеете?

– Нет.

– Про пожарную безопасность слышали?

– Не-а.

– С газовой горелкой когда-нибудь обращались?

– Разве что с духовкой, когда хотелось покончить со всем этим.

– Юмор мы приветствуем. Работали когда-нибудь на высоте?

– Всегда только так и никак иначе! – выпалил Морозовский.

– Я не об этом…

Он закатил глаза, набрал в грудь воздуха, раздувшись, как дирижабль и без пауз пробормотал.

– Пальцы в розетки не совать, лестницу придерживать, горелку направлять от себя, раненого не кантовать, горячие трубы не трогать, одевать спецодежду, ходить только в каске.

Мы расписались в журнале инструктажа. Вова опоздал на час, очень удивился, что мы не работаем, забрал водителя и мы поехали на наш первый объект. Нам выдали поношенную спецодежду, каски закончились…

СЗГМУ им.

И.И. Мечникова, клиническая больница им. Петра Великого

Нас повезли в старом служебном ниссане на другой конец города. Это была видавшая виды развалюха, длинная, приспособленная возить габаритные грузы. Я с тоской смотрел в окно, шел дождь, теперь у меня была работа.

Мы проехали через шлагбаум на территорию университета, протиснулись между красивыми зданиями, построенными до революции. Машина припарковалась возле шестого корпуса – дома в семь этажей, выкрашенного в желтый цвет.

Вся стена была истыкана окнами. Кое-где на подоконниках нашли свой последний приют шершавые белые котелки тех, кому повезло меньше. Меня это взбодрило. От шестого корпуса Вова повел нас узкими дорожками в неизвестном направлении. Всюду мелькали белые халаты, слышался гогот студентов и переливчатый, как звон колокольчиков, смех студенток.

Рядом с газоперекачивающей станцией стоял старый полугрузовой опель.