Отпускать больнее смерти

Спустя час, когда Роберт внимательно наблюдал за девушкой, которая все это время ощущала его взгляд и начинала уже злиться, он услышал несколько сигналов машины и встал.

– Куда это ты? – Вскочила его мать. Он услышал, что его зовут по имени.

– Видишь, ко мне пришли. – Улыбнулся и пошёл.

– Кто это?

Роберт вышел и знал, что его мать не пойдёт дальше за ним. На улице увидел парней, с которыми "поговорил" сегодня, но с ними были ещё четверо.

– Что-то было не ясно? – Ухмыльнулся, хотя ему не было весело сейчас, плохое самочувствие напоминало о себе.

– Это тебе не ясно! В этом городе, мы решаем, что и как будет, ты приперся сюда и думаешь сможешь нам что-то сказать? Эта девочка из нашей школы, ты тут не причём! Если я к ней пришёл, то ты не вмешиваешься! – Тыкнул пальцем в грудь Роберта. А у самого глаза красные и вырываются из орбит.

– Ты так по-умному пытаешься высказать то, что вообще меня не волнует. – Роберт убрал его палец, – А теперь слушай меня! Ещё раз! – он говорил то на русском, то на армянском.

– Она что – твоя проблема? – Вышел кто-то сзади этого парня. – Высокий, худой, с тупым выражением лица, как отметил про себя Роберт. Такие обычно петушатся, пытаются себя показать, но дальше болтовни дело не идёт, но зато потом хвастаются о том, что не сделали.

– Тебе кто слово давал? – Роберт был уверен, что стоит ему ещё немного разозлится, как начистит им всем морду. Ему показалось, что он услышал шаги Астхик, но внезапно шаги остановились и снова исчезли. Тебя тут не хватало… – разозлился. Послышались машины и приехали знакомые Роберта, те быстро посадили каждого по машинам и посоветовали убраться. Роберт чувствовал, как силы его покидают и похлопав по плечу Левона спустился в дом.

– Потом поговорим. – сказал, те облокотились об машину и закурили.

Роберт вошёл в дом, увидел, что Астхик стоит спиной к нему и закрывает дверцу от шкафа, где лежат письма. Значит письма читает, пока я там…

– Обувь сними, твоя мама только вытерла пол. – произнесла спокойно. Если бы Роберт не был уверен в том, что его чувства не подводят, то он поверил бы её безразличию.