Учитель изящной словесности. Роман

 – Не вздумай тут комедию ломать, ясно. Учись, София, проявляй усердие. Мы за тобой через полгода приедем. Такие правила. Полгода пролетит быстро, не успеешь глазом моргнуть. Господин директор уверил меня, что этот пансион самый лучший в округе. Все воспитанницы безмерно счастливы и довольны, что учатся в та-а-а-ком заведении. Ты, София Максимовна, гордиться должна и нос выше держать.

– А я безмерно несчастна, поэтому гордиться мне нечем и нос высоко держать незачем, – подумала Соня. – Но я не стану вам, папенька, ничего говорить.

Знайте, болтушки Сони больше нет, а есть Соня молчунья, грустная барышня-переросток, которую заперли в пансионе.

Распахнулись двери, Максим Максимович попятился, увидев очень высокую, худощавую даму, одетую в тёмно-синее платье до пят. Дама смерила гостей строгим, недоброжелательным взглядом, сказала, что время пребывания посторонних на территории пансиона закончилось, поэтому папаша должен немедленно отправиться восвояси. Максим Максимович раскланялся и побежал к пролетке, забыв от неожиданности попрощаться с дочерью.

Соня хмыкнула, покачала головой, подумала:

– Ах, папенька, папенька, это вам нужно манерам обучаться, а не мне, ну да ладно. Всё уже сделано, состряпано…

– Следуйте за мной, барышня, – приказала дама холодным металлическим голосом. – Меня зовут Амалия Львовна. Я покажу Вам комнату, в которой Вы теперь будете жить.

В довольно большой комнате стояло четыре кровати. Дама указала Соне её место и удалилась. Три соседки по комнате толстенькие, горластые, неуклюжие и безмерно любопытные Соне ужасно не понравились.

Они набросились на неё со множеством неуместных и даже глупых вопросов, и окончательно ввели Соню в состояние глубочайшей меланхолии.

– Замолчите, глупые гусыни! Оставьте меня в покое и никогда, не при каких обстоятельствах со мной больше не заговаривайте! – зажав уши, закричала Соня.

– Что ты сказала? – воскликнула самая бойкая барышня, упершись кулачками в бока. Соня повторила свои слова ещё раз. Гусыни дружно рассмеялись, заговорили так, словно долго репетировали свою пламенную речь:

– Раз ты такая гадкая, безмозглая дылда, то знай, что мы объявляем тебе войну.

Ты для нас – пустое место. Тебя здесь нет. Никто тебя замечать не будет. Ясно?

– Ясно, – Соня улыбнулась. После этих обидных слов она почувствовала такой прилив радости, что захотелось петь и танцевать.

– Ладно, поживу здесь немного, а там видно будет, – решила она и улеглась на кровать.

Барышни о чём-то шушукались.