Шумите, синие берёзы

Маленький толстый, как не зайдёшь к нему, он в халате махровом ходит, розовом с голубыми полосками. Пузо колышется и подбородки тоже и пахнет от него как от Аллы Петровны из школьного буфета, помнишь её?

– Конечно, – кивнул.

– Я поначалу думал, ну, когда он заселился, что он гомосек, впрочем, я и сейчас так думаю… педик! Но так-то тип нормальный.

– Не пристаёт?

– Да пошёл ты! Я же говорю, нормальный.

Бабуин резко подорвался со стула, взял с подоконника почти пустую пачку «Redmond», вытряхнул оттуда сигарету, зажал её губами и потянулся открыть форточку.

Обычно тётя Аня выгоняла его на балкон.

Я играл с Зомби. Помню эту толстую тварь ещё совсем котёнком, глаза помню, огромные, выпученные, вечно испуганные – Бабуин его гонял по квартире дырявой бадминтонной ракеткой, а когда настигал, надевал её ему на голову. Зомби предпочитал скрываться от своего ненормального хозяина под диваном и не показываться до возвращения с работы тёти Ани. У человека глаза меняются с возрастом, в них мудрость начинает блестеть, ну если не мудрость, то хотя бы опыт, груз прожитых лет.

У собак так же, щенки глядят беспечно, в них нет ничего кроме задора, а у старых псов в глазах непреодолимая печаль, знание того, что жизнь не так проста. Кошки – существа непонятные, этот смотрел на меня глазами того испуганного котёнка, хотя котярой он уже был матёрым, многодетным отцом и мужем не меньше сотни кошек.

– Так ты поедешь? – спросил Бабуин с полным ртом дыма.

– Да, да, поеду! – я часто закивал.

 – Когда едем?

– В пятницу поедем.

Оттолкнул Зомби ногой, он мягкий, как подушка.

– Нахера ты меня сегодня звал? – осведомился я. – По телефону нельзя было всё сказать?

Он поправил трусы, сделал глубочайший затяг, затем нарочито медленно, получая удовольствие, выдохнул серебрящийся дым в приоткрытую форточку. В окне за Бабуином было светло и шумно. Улица небольшими дозами высасывала дым.

– Хотел показать тебе кое-что! – радостно сообщал он. – Совсем случайно нашёл…

Бабуин швырнул бычок в форточку, обул, сброшенную с правой ноги тапку.

– Идём, идём.

Он увлёк меня за собой в комнату, радуясь чему-то как первоклассник.

– Искал свою старую кепку в шкафу, – начал он. – Тётя Аня всё по пакетам распихивает, и в шкаф складывает, чтобы не валялось. Я кепку не мог найти, всё здесь перевернул вверх дном и сообразил, что она её в шкаф сунула.

Он взял со стола какой-то диск и запихнул в дисковод ноутбука. Повернулся ко мне и заулыбался.