Звезда Вифлеема. Эссе

Горе тебе, царь, держащий царство свое на страхе! Царство страха распадется и погибнет! Люди его не верят царям, не знают Бога. Живые души гибнут или, оклеветанные, сгибаются перед развратом лицемерия. Ложь в почете, а честность смешна.

Проповеди Иоанна были грозны и приводили народ в трепет. Его боялись, но толпы слушали его. Ирод-четверовластник ненавидел Иоанна. Тот обличал Ирода за Иродиаду – жену брата его. Тетрарх убил брата, пленившись красотой его жены, и теперь живет с нею в своем дворце, пируя и развлекаясь.

Каждый день при восходе солнца Иоанн шел к Иордану. В чистых водах его крестил народ, жаждущий спасения в Духе. В Боге и в душе своей искали люди Истину.

Однажды, когда солнце только взошло, Иордан плескался тихо у ног задумавшегося Иоанна, Некто подошел к нему и тихо сказал:

– Крести и меня, праведник.

То был Иисус из Назарета.

Глаза Иоанна открылись: он увидел великое сияние, исходящее от Него, и воскликнул:

– Вот Агнец Божий, который берет на себя грехи мира!

– Крести меня водою, чтобы Мне быть явленным Израилю и миру.

– Если Ты есть Сын Божий, то я недостоин развязать сандалии Твои.

– Крести меня как смертного.

И был глас с небес: «Ты Сын Мой Возлюбленный; в Тебе Мое благоволение!»

И сказал Креститель народу:

– Я свидетельствую: Он есть Сын Божий.

Те немногие, которые поняли, что произошло, содрогнулись в сердце своем, толпа же внимала равнодушно. Она не знала, за кем пойти. Толпе нужны доказательства и немедленные блага.

Но два человека последовали за Иисусом. Они почувствовали что-то необычное в Нем. Один из них был Иоанн, сын Заведеев, другой – Андрей, брат Симона-Петра. Он призвал за собою брата своего Симона, говоря: «Мы нашли Мессию». Иисус же взглянул на Симона и увидел все прошлое его и будущее в веках и сказал ему: «Ты – Симон, сын Ионин, ты наречешься Кифа, что значит „камень“ (Петр)».

Все вместе пошли они в Кану Галилейскую, потому что там была свадьба и матерь Иисуса была там.

В белых рубахах, в зеленых кафтанах с красными поясами важно ходили по двору евреи, и священник поздравлял молодых.

Солнце высвечивало пурпуром рубаху невесты, отчетливо проступала под ней ее юная хрупкость. Жених сидел рядом.