Одиссея

Так тяжело и тягуче она вытащила из себя эти слова, что я подумал о том, как только я повернусь к ней спиной, она моментально отключиться. Мне хотелось что-то пошутить по поводу её имени, что-то, что у меня вертелось на языке, но так ничего не сказав, я взял ключ и зашагал по полипропиленовому красно-зелёному ковру к себе в номер.

“Курение в номере запрещено!” – гласила небольшая табличка на прикроватной тумбочке. Внизу, продублированная красными буквами – ”No Smoking!” и нарисованная перечёркнутая в кружочке дымящаяся сигарета.

Я засунул эту табличку в выдвижной ящик и закурил. Достал из сумки пиво, которое осталось после поезда и сделал несколько глотков. В желудке громко заурчало и захлюпало. Только теперь я понял, что целый день кроме пива и сигарет ничего не ел. И теперь мой желудок настоятельно требовал исправить это недоразумение.

– Ночью спать надо! – не поднимая глаз заявила мне Анжелика, на мой вопрос можно ли в гостинице где-нибудь перекусить? – Кафе откроется в девять утра.

На вокзальной площади кабак всю ночь, кажется, работает.

– Понятно, – говорю я, вспомнив избушку на кривых ножках, из которой на всю площадь разносилась музыка. – А магазин ночной? Хоть колбасы купить – при упоминании о колбасе мой желудок предательски заурчал.

– У меня бутерброд с “любительской” есть. Могу дать.

– Это было бы очень хорошо! Этим, вы меня здорово выручили бы, Анжелика!

– Можно, просто, Лика, – впервые за всё время нашего знакомства слегка улыбнулась она.

Растянув в полуулыбке неприлично пухлые и манящие губы.

– Меня, Игорь, зовут.

– Я помню, – Лика нырнула под свою стойку и достала бутерброд с двумя кусочками колбасы на чёрном хлебе. Наполняя пространство приятным мясным запахом. Съеденный бутерброд ещё больше раззадорил мой аппетит.

– Спасибо, Лика, вы не дали умереть от голода одинокому страннику в ночи.

– Ещё будете? – спросила она.

Язык вроде и шевельнулся сказать – нет, но изо рта вырвалось предательское – да.

– Если я конечно не объем вас.

– Не объедите. Как там говорится? Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, а ужин отдай врагу.

– Значит, я ваш враг?

– Нет, конечно, будем считать, что у нас поздний обед! – улыбнулась она, навалившись на стойку и выпятив вперёд большие круглые груди. – Тем более мне худеть надо – разожралась, как корова!

– У меня пиво есть, будете?

– Не откажусь!

Лика допив пиво, выставила на стойку начатую четвертинку.