Чудо в перьях. Сборник серьезных и сказочных историй

Еще раз перебрала в голове, все ли готово на завтра: «Вроде, ничего не забыла. Сердце щемит. Устала. Спать хочу», – зевнула она и потянулась.

– Чего сидишь? Жду тебя, жду, – проворчал муж, появившись на кухне.

– Я думала, ты спишь.

– Уснешь тут, – Андрей открыл холодильник, достал пачку сока и так плеснул в кружку, что брызги разлетелись по столешнице, попав даже на стену.

Оля посмотрела на медленно сползающую по стене капельку, и в душе зашевелилась обида: она целый день трудилась, мыла, чистила.

– Ты ложишься? – не замечая ее недовольного вида, спросил Андрей.

– Да, только уберу за тобой.

– Я пошел, – шоркая тапками, он направился в спальню.

Присев на краешек кровати, взяла в руки телефон: «Будильник нужно поставить. – Аппарат в это время задребезжал, завибрировал – чуть не выронила из рук. – Папа? В такое время?» От испуга нажала не на ту кнопку. Тут же набрала сама:

– Папа, что случилось?

Из трубки доносились странные звуки, будто кто-то хрюкал.

– Папа? – еще раз спросила Оля.

«Может, телефон потерял, а кто-то нашел и развлекается?» – пронеслось в голове. Хотела уже отключиться, но услышала всхлипывания Глафиры Сергеевны:

– Оленька, папы больше нет.

– Как нет? – не поняла Оля.

– Инфаркт. Ему плохо стало, я скорую помощь вызвала, – плакала домработница отца. – Не успели.

Оля зажала рот ладонью.

– Приезжай скорее, – попросила Глафира Сергеевна, – я не знаю, что делать.

Абонент отключился.

– Андрюш, папа умер, – прошептала она.

– А я надеялся на… – не договорив, что хотел, муж натянул одеяло, отвернулся и щелкнул ночником.

– Ты полетишь со мной на похороны? – спросила Оля сквозь слезы.

В ответ услышала только ритмичное похрапывание. «Нельзя же так!» – хотелось крикнуть мужу. Но вместо этого заскулила, как щенок, которого ударили, размазывая по щекам слезы и оплакивая не только смерть отца.

«Как все не вовремя. А разве смерть бывает вовремя? У близнецов сегодня последний звонок, завтра – первый экзамен.

Мысли перескакивали с одного на другое. «Котлет нажарить на три дня, а макароны сами сварят. Или гречку. Господи, какие котлеты? Папа умер!» – она кинулась в ванную и там, за закрытой дверью, разрыдалась в голос.