Бунт патриотов. К барьеру, полковник!

Заметив джип, он качнулся к обочине, увяз в сугробе и упал. Суслов тормознул.

В снегу трепыхался господин Шварцман, и в каком виде? В замызганном солдатском бушлате, на голове платок из байкового одеяла.

– Не холодно, Эдуард Моисеевич?

– З-замёрз.

Суслов выдернул его из снежного наноса. Ступни ног были в несколько слоев обмотаны бинтами.

– В сугробе г-галоши, – прошелестел он.

Суслов втолкнул его на заднее сиденье джипа. Уселся рядом.

– Рули, Фарид, обратно.

В машине он спросил доктора:

– Предупредить звонком хотел Марика о налете Трубачей?

Тот утвердительно мотнул головой.

– Сейчас увидишься с ним. И со следователем из Москвы…

Джип подкатил к клубу. Суслов потащил Шварцмана на второй этаж.

– Ну и чучело! – отреагировал сидевший в приемной старший лейтенант Игнатов.

В кабинете Суслов усадил чучело рядом с Красиковым, сам устроился на диване. Полковник оглядел Шварцмана, покачал головой. Обратился к бармену.

– Рассказывайте, Красиков, о ваших совместных с доктором делах.

– Не было у нас никаких совместных дел.

– Признавайся, Марик, – сказал Шварцман. – Может, и скостят срок.

– Не в чем мне признаваться.

– Гражданин следователь, – обреченно начал Шварцман, – перед новым годом Красиков привез мне молодую девушку. Сказал, что поступил заказ на целку еврейской национальности. Ее похитил в Ленинске и передал ему Арнольд Карпинский.

– Вам этот тип известен? – спросил Сапрыкин.

– Жил раньше в нашем городе, был членом клуба. Где живет в Ленинске – не знаю.

– Девушку знаете?

– Только имя и фамилию, Дунаева Соня. Её забрали из больницы и увезли Зеленые трубачи.

– Никого из них вы не запомнили?

– Нет. Они были в масках. Особенно свирепствовал один, бил меня, забрал мои накопления – сорок тысяч долларов, выкинул куда-то мои валенки.

– Вы прежде с ним не встречались, до того, как стали работать в борделе?

– Нет.

– Постарайтесь вспомнить. Возможно, вы когда-то пересекались и обидели его.

– Не пересекались, он молодой.

– Почему на вас такая одежда?

– Наверное, в моей дубленке и шапке увезли Дунаеву.

– А где ее верхняя одежда?

– Отобрали в доме свиданий.

– Вы не заглянули туда?

– Сил не было. Будка на КПП пустая. Ворота настежь.

Сапрыкин закрыл папку и убрал диктофон.

– Здесь закончили, майор. С Карпинским и заказчиками ФСБ разберется. А этих торговцев живым товаром – в сизо. Мы – в публичный дом.

– На выход! – скомандовал Суслов.