Бунт патриотов. К барьеру, полковник!

Он натянул маску, вытащил пистолет, врученный ему Сержантом, и шагнул внутрь. У окна стояла буржуйка с чайником. Один охранник спал на топчане, укрывшись бушлатом. Второй дремал в кресле у столика, пристроив между колен автомат Калашникова. На столике две кружки, пачка чая, пакет с пряниками и наручники.

Кудряш крадучись приблизился к креслу и, стараясь не переусердствовать, стукнул охранника рукоятью пистолета по лбу. Тот обмяк. Кудряш вытянул автомат, заклеил охраннику рот и примотал скотчем к креслу.

Прихватив наручники, сел на топчан.

– Просыпайся, приятель!

Приятель открыл глаза, и никак не мог сообразить, что происходит. Перед ним сидел негр в белой чалме и в белой одежде и целил в него из автомата.

– Не надо, – прошептал он.

– Жить хочешь?

– Хочу.

– Состегни руки, – подал ему наручники.

Тот послушно исполнил команду.

– Где твой автомат?

– У меня пушка.

– Где она?

– Под подушкой.

Кудряш вытащил ствол. Это был ПМ, такой же пистолет, как и у него. Вот бардак! – вооружены, как солдаты.

– Лежи смирно, приятель, – сказал он. – Я сейчас вернусь.

Вышел наружу и помахал руками, призывая товарищей. Вместе с ними вернулся в дежурку.

– Товарищ капитан, – повысил он Сержанта в звании, – охранник готов к сотрудничеству.

– Вы от полковника Ракова? – взбодрился страж ворот.

– Раков арестован. Бордель будет закрыт, – ответил «капитан». – Если не хочешь на нары, отвечай на мои вопросы честно.

– Отвечу, – сник охранник.

– Сколько вооруженных людей в борделе?

– Пятеро.

– Какое у них оружие?

– Автомат и пистоли.

– У кого автомат?

– У Григория Лукича.

– Еще мужики на территории есть?

– Кочегар в подвале и доктор Шварцман в больничке.

– Кто сейчас находится в больничке?

– Только доктор. Вчера бармен выписался. Лежал с ранением после налета на клуб.

– Его кто-нибудь навещал?

– Не знаю.

Заворочался и замычал второй охранник. Кудряш разлепил ему рот.

– Я знаю. У ворот тогда дежурил. Григорий Лукич привозил к бармену полицейского майора. Майор его Гриней назвал, я слышал.

– Что еще можешь сказать? – спросил его Фёдор.

– Я тоже не хочу на нары. Увезите нас отсюда. Мы ни в чем не виноватые.

– А про девчонок забыл?

– Мы внешняя охрана, к девчонкам не касаемся. В тереме свои, с резиновыми дубинками.