Люди идут по дороге

Вот все бумаги». Злой, как волк в загоне,

Зарылся Женька в месиво таблиц,

В трясину чисел. Он примерно понял,

Какая тут сложилась группа лиц,

Какая птица-тройка всем стихиям поперёк

Летит напропалую – Джон, Танюха, педагог,

Который, вон, словами так и сыпет:

«У Вас долги, Евгений, то да сё, лимит затрат,

Так вышло, там у них не подтвердился концентрат.

Но жизнь идёт. За это можно выпить».

«Вы, Евгений, банкрот!» – он наглел понемногу.

Женька в горькой тоске, как в тягучем дыму,

Растворяясь, тонул.

«Ладно, можешь идти. Сам напьюсь на дому».

Вот врачи говорят, что от пьянства все беды.

«Это бред, – я отвечу, – поросший быльём.

Всё путём, если, рюмку махнув за обедом,

Ты при этом башку не роняешь в бульон».

Вот Онегин – он пил каждый день по бутылке

(Пусть не водку, вино) – кто не верит, прочти.

А в завязке бы был – до Сибири, до ссылки

Только так с декабристами мог бы дойти.

Вот и Женька лимонов нарезал на блюдце, —

Чтоб делов не наделать, бутылку открыл:

«А ведь верил я им, надо ж так лохануться!

Да уж лучше б в Россию давно бы свинтил!»

19

Прошло пять дней.

Он за дубовым письменным столом

Сидит, как Герцен в Лондоне когда-то,

И книгу пишет – «Думы о былом».

«Куда, куда ты, друг мой, Вовка, сгинул, —

Какой-то в нём звучит глухой гудок, —

Напрасно я тебя на бабки кинул!

К чему лукавить? Это был кидок!

Ты, может, в экономике и слабый,

Ну хоть бы уж на шухере стоял,

Когда бы я у Таньки втихаря бы

Мобилу и компьютер проверял!»

Вот тут я, скромный автор, снова встряну,

Чтоб раз и навсегда вопрос закрыть —

Что даже и во сне, не только спьяну

Нельзя такие вещи говорить.

Напомню: я не Пушкин и не Шиллер,

И в лирике вообще ни в зуб ногой,

Тут целый у меня шпионский триллер

Заместо песни вышел сам собой.

И, кстати, план когда-то был у Женьки —

С искусством подружиться, не дремать, —

Бюджет пилить, а, если короте?нько, —

Блокбастеры по триллерам снимать.

И что теперь? Измена и засада,

Где Танька рулит, чёртово жульё!

Всем Скотланд-Ярдам, Абверу, Моссаду,

Всем ЦРУ – куда им до неё!

Как плесень, мо? зги Женькины покрыла пелена,

Вокруг него такая паутина сплетена,

Что где, куда, какую ставил подпись, —

Запутался, забыл он. С Таньки – как с гуся вода, —

С гусыни – слёзы Женьки.