Поздняя весна. Повести и рассказы

Неплохой вкус у нашего футбольного страдальца!

Я лихорадочно раздумывала над тем, как бы помягче преподнести Лидочке новость о том, что её недо-супруг находится сейчас в больнице. Судя по всему, Яромир не говорил ей об этом, чтобы не волновать. В любом случае, её должна расстроить эта новость, поэтому я сказала просто:

– Вы знаете, Лидия, а Яромир попал в больницу!

– Да, вы что? – Удивилась Лидусик, и на её хорошеньком личике не отразилось ровным счётом ничего, кроме вежливого недоумения.

«Вот это самоконтроль!» – подумалось мне, но вслух я сказала:

– У него случилось обострение после операции, и вчера его положили в клинику.

– Я хочу немедленно навестить его! – Закапризничала девушка.

– Может, пройдём сначала в дом, отдохнёте с дороги, – начала предлагать я, но мадемуазель только что не топала ножкой:

– Нет, нет и ещё раз нет! Я хочу поехать к Яреку сейчас же!

– Хорошо, не нервничайте так! – Успокоила я её. – Сейчас поедем.

Я вышла на улицу, в чём была – в широких, зашарушенных спортивных штанах серого цвета и огромной, чёрной, застиранной футболке.

Такси объявилось через три минуты, мы сели в него и поехали. Минут через десять уже входили в ворота клиники, а ещё через пять или того меньше стояли перед дверью в палату Яромира.

– Вот, его палата, – сказала я Лидии, указывая на дверь.

– Нет, благодарю, – отозвалась Лидия. – Я одним днём приехала. Наш с… С Яромиром дом не очень далеко от столицы, – поведала она мне. – А, вы со мной разве не пойдёте? – Спросила она вдруг.

– Нет, благодарю вас, – ответила я. – У меня на сегодня ещё очень много дел. Передавайте от меня привет Яромиру.

Мы попрощались, и я отправилась восвояси. Правда, я не захватила с собой ни денег, ни банковской карты, и водителю такси пришлось подождать меня у ворот Миланова дома, пока я бегала за своим кошельком.

После я, как ни в чём не бывало, продолжила полоть клумбы. Эта простая, не требующая интеллектуальных усилий, физическая работа, отвлекала и успокаивала. Если вы думаете, что из глаз моих лились хрустальные слёзы и красиво капали на беспощадно выдранные мной сорняки, то глубоко ошибаетесь. Я попрощалась с Яромиром вчера. Сегодня был уже совсем другой день.