Первое дело Карозиных

Хорошо знающие любимого преподавателя студенты недоуменно переглядывались, пытаясь понять, что же так могло выбить его из колеи.

Лишь во время семинара любимец Карозина, подающий блестящие надежды студент Гладышев вывел профессора из несвойственной тому рассеянности тем, что увлек его своими выкладками по теории вероятности в приложении к карточным играм. В то время многие неглупые люди занимали свою голову подобными забавами для ума.

Домой Никита Сергеевич вернулся, практически напрочь забыв о давешнем споре с Авериным.

В приятном расположении духа он поздоровался с Катенькой и приступил к обеду, попутно повествуя жене о замечательных идеях Гладышева. Когда обед подходил к концу, и профессор принялся отдавать должное восхитительному десерту, Катенька воспользовалась паузой в потоке мужниных словоизлияний и задала вопрос:

– Никита, друг мой, нам надобно поторопиться, Арина Семеновна прислала сказать, что ждет нас к шести часам. Неловко будет опаздывать в первый раз. Да и Аверин там будет, чтобы представить нас по всем правилам.

Лицо профессора вытянулась так, будто он внезапно подвергся приступу жесточайшей зубной боли. Катерине Дмитриевне стало понятно, что оживление ее мужа объясняется вовсе не уверенность в успехе задуманного дела, а самой обыкновенной забывчивостью. Она испытала некоторые угрызения совести из-за того, что доставила мужу неприятности, но тем не менее твердо продолжила:

– Никита Сергеевич! Ты опять разуверился в своих силах? Ну как же можно! – Катенька укоризненно покачала головой.

 – Запомни раз и навсегда: у нас все получится! И хватит об этом. Доедай свой десерт, пей кофе и собирайся. Данилыч уже подготовил твой выходной сюртук, а я распорядилась прислать извозчика.

И, чтобы отвлечь профессора от неприятных мыслей, Катерина Дмитриевна пустилась в ничего не значащую болтовню:

– Я поначалу собиралась прогуляться с тобой, погода нынче славная, но потом подумала, что несолидно это как-то – пешком приходить к генералу! Да и опоздать могли бы, что тоже не подобает.

Вот и распорядилась насчет извозчика. Ты не возражаешь?

– Что? – встрепенулся погрустневший Карозин. – А, нет-нет, ты же знаешь, я всегда нахожу твои распоряжения весьма разумными.

– Ну вот и славно, – удовлетворенно подвела итог разговору Катенька. – Так я иду одеваться, да и ты поспеши, друг мой.

Дорогой Катерина Дмитриевна всяческими способами пыталась поднять настроение мужа, в который раз повторяя свой план первоначальных действий.