Вера, Надежда, Любовь

Станислав привел Любу в гостиницу, долго прощаясь, стоял в дверях номера, говорил всякие приятные глупости, но, так и не дождавшись разрешения войти, ушел. Любаша закрылась, оставив ключ в двери, и легла спать. Командировка прошла удачно. Габардинская выбила положенные им по разнарядке бетономешалки. Успела, и отправить контейнер с домашними вещами в Тюмень, навестить знакомых и еще день погостить у матери. Без приключений вернулась на работу. Через месяц на ее имя пришла повестка явиться в районное отделение милиции свидетелем.

– В отделение с тобою пойду и я.

– Хорошо. – Согласилась Люба.

Через день они явились по повестке в отделение милиции, зашли в следственный кабинет вместе. За столом сидел Соловьев Станислав и широко приветливо улыбался Любаше, как старой хорошей знакомой, жестом предлагая войти, приветствовал ее:

– Ну, здравствуй, Машенька! Очень рад видеть, прошу.

Затем обратился к Александру:

– А, вы, мужчина, пока выйдите за дверь.

У Габардинского заметно изменилось выражение лица, он сурово свел брови, и уже собрался достойно ответить наглецу, но Любаша, испугавшись, что капитан допустит еще какую-нибудь вольность по отношению к ней, вступила в разговор:

– Иван, я пришла не одна, со мною мой муж и он хочет быть в курсе всех событий по этой повестке.

Она подошла к столу и положила листок бумаги перед капитаном. На секунду он опешил, его взгляд выражал явное неудовольствие и досаду, но довольно быстро капитан взял себя в руки и продолжил:

– Хорошо. Я привез фотографии, из всех вам предстоит выбрать тех двоих преступников из аэропорта, разумеется, если они здесь есть. Сейчас я приглашу еще двоих свидетелей, ваш муж будет третьим, и начнем процедуру.

Когда официальная часть опознания прошла, Станислав вывел всех из кабинета, кроме Любаши.

– Так надо, должен понимать.

Когда за всеми закрылась дверь, Станислав обратился к Любаше:

– Не желаешь встретиться со мною неофициально, Любочка?

– В смысле? – Не совсем поняла намек женщина.

– Сходим в ресторан, полежим в кроватке, я холостой, а ты мне очень нравишься. Приходил к тебе тогда в гостиницу, но ты ключ оставила в двери, не смог открыть, а ведь очень хотелось.