Волчонок с пятном на боку

Пока окончательно не стемнело, всё хотелось успеть, за всем уследить, и «чтобы плёнки потратилось не слишком уж много». Прикрывая рукой камеру, Колян достал инструкцию, попытался найти раздел о способах съёмки. У самого подъезда на лавочке неподвижно сидел съёжившийся от холода человек. «Что-то легко он одет. Наверное, с собакой гуляет», – подумал Колян. Окликнул незнакомца:

– Эй, товарищ, – человек не шевельнулся. – Господи-ин!

Никакой собаки вокруг не наблюдалось. Мужик сидел, скрючившись, опустив на грудь голову в лыжной шапочке, поджав под живот обе руки.

– Чего тебе, родной? – мужик вдруг резко поднял голову.

От неожиданности Колян дернулся, камера чуть не выскользнула из рук.

– Ох… блин. Да ничо. Всё нормально, вам не плохо?

– Мне?.. Мне так же, как весь последний год, – красные, опухшие глаза молодого мужчины пытливо глядели на Коляна. – Наверное, думаешь, что я «синяк»? А я трезвый уже три недели, это составляет пять целых и семьдесят шесть процентов от продолжительности года.

– А, так это ты сидел тут и считал? А я думал, спит человек или умер…

– Ага-ага, – отозвался незнакомец. – Просто холодно сегодня, как раз было бы логично пригубить… – мужик кивнул на окна первого этажа. – Тут гонят табуретовку, народ всегда берёт за полкопейки. Знаешь? Я бы взял, да денег нет… сов-сем.

– Так домой иди, что тут высиживать, – Колян потерял к незнакомцу всякий интерес и, отвернувшись, опять включил камеру.

– Да что ты будешь делать, всего-то несколько кнопок, а как снимать – не понимаю, – Потом смотреть невозможно, все дёргается, – пробормотал он с досадой.

– Домой, – хмыкнул мужчина. – Рано ещё. Давай лучше тебе помогу. Я и не с такой техникой был на «ты». Может, и не поверишь, но я же бывший телеоператор. Когда-то в самом Горно-Алтайске на телеузле поработать успел. Ты поснимай, а после глянем, и я тебе объясню, что и где ты делал неверно. Что запишешь – сотрём потом, и все дела.

– Да ла-ан! Раз так – давай, помоги, – недоверчиво произнес Колян, но камеру из рук не выпустил, хотя и вспомнил, что уже много раз встречал этого человека.

– Я Степан Грачёв. Зови Степаном, – назвался мужик и протянул руку. – Я просто небритый, но считай, наверно, ровесники мы.

– А я Колян, – представился, но руки не подал, сделал вид, что занят камерой, а сам покосился на обветренные, синюшные от холода и явно давно не мытые руки нового знакомого.