После бури и дождя всегда наступает хорошая погода

Я подошла с противоположной стороны и сделала так же. Мы долго стояли, прислонившись к стволу дерева, и молчали, каждая думая о своем.

Я думала о том, что мне нравятся все эти люди, с которыми я уже познакомилась, и не могут не понравиться все те, кого я еще не знаю. Мне нравится все вокруг: и озеро, и поселок, и усадьба – все пропитано теплом, уютом, добротой. Вспомнился тот человек, которого я встретила в парке и его слова: «Все в твоих руках, а люди хорошие, которые захотят тебе помочь, всегда найдутся, их на свете больше, чем плохих».

Я сама не заметила, как из глаз полились слезы. Я стояла, прижавшись к стволу дуба, и плакала, сама не знаю от чего, то ли от несчастья, которое со мной случилось, то ли от радости, что встретила хороших, добрых людей, толи от всего сразу. И вдруг с противоположной стороны дерева я услышала тихие всхлипы и поняла, что там тоже текут слезы. Так мы с Диной Михайловной стояли, прижавшись к стволу дуба, и тихонько плакали, каждая о своем.

–Дина Михайловна, вы от горя плачете или от счастья? – спросила я, всхлипывая.

–Наверное, от всего сразу. Последнее время нам с Мишкой было так тяжело, что я думала, не смогу справиться, случайно познакомилась с Иваном Ивановичем, и все переменилось. Казалось, я уже до края дошла, дальше некуда, а вот посмотри: вся обстановка вокруг располагает к полноценной счастливой жизни, за что-то мне было послано это спасение, и Мишка в восторге. Люди хорошие вокруг, тепло от них исходит, святые они, что ли? – она помолчала немного, а потом спросила, – А ты о чем плачешь?

–Знаете, дети, когда рождаются, плачут, и никто не знает, от радости они плачут или от чего-то другого.

–Верю.

–И я верю. Может, мои родители там попросили за меня, и вот я здесь.

–Девочка ты моя, страшно тебе, наверное. Не бойся, все хорошо будет, вместе теперь справляться со всем будем. Мне как-то спокойно теперь стало, и за себя спокойно, и за Мишку, и за тебя, – Она оторвалась от ствола, подошла ко мне и крепко прижала к себе

–Все в моих руках, все в моих руках, все в моих руках, – повторяла я про себя как заклинание.

Быстро темнело.

Дина Михайловна взяла меня за руку, и мы пошли в дом.