Больше чем… Исповедь эмоционального мазохиста

Не упасть, не упасть! Ядовито-слепящий, похожий на бред, беспощадно-терзающий чистящий свет.

В неземной пустоте, в безвременье широт, в беспространстве глубин, в безграничье высот, там, где свет распростерся над толщей воды, ненадежно закованной в хрупкие льды, словно в тонкий прозрачно-хрустящий обман, я стою на стекле, под стеклом – океан.

Равнодушно тиха беспросветная стынь. Под ногами бездонная жуткая синь. Поедает глаза необъятная мощь, забирает рассудок холодная толщь. Манит в самую бездну опасная муть.

Мне себя никогда из глубин не вернуть – крепко держит в тисках непроглядная власть, только сердце все тише стучит – не упасть.

Я прикована взглядом к лазоревой мгле, кто-то есть там, в безбрежной немой глубине, кто-то жуткий, до боли знакомый и злой, тот, кто темным пятном из пучины за мной поднимается медленно и не спеша, чтобы корчилась в каждом мгновенье душа, чтобы страх по спине дикой паникой полз, по артериям в сердце врывался и в мозг, чтобы в каждую клетку, как кровь, проникал, чтобы раем казался бушующий вал.

Скоро кончится этот непрожитый день. Все отчетливей вижу горбатую тень – под ногами огромный акулий плавник, беспощадный, бездушный, безудержный пик. Каждым импульсом чувствую скрежет стекла, словно вскрытая рана пульсирует страх, неизбежность свернулась на шее петлей. Из глубин грозный хищник несется за мной. В голый ужас расплавились жертвы зрачки… Все сильней и сильней под ногами толчки. Все больней и отчаянней разум кричит, и уже не стекло – мое сердце трещит.

Безысходность. Бессмысленность веры в добро. Слишком хрупкое нас разделяет стекло. Не спастись, даже тонкой соломинки нет. Обреченность. В конвульсиях бьется разодранный свет.

Свет, беспощадно проникающий в мозг через тонкую щель, прикрытую воспаленными ресницами, свет, метко бьющий в расширившийся зрачок, не успевший принять нормальное человеческое состояние, кричащий свет заставил веки дрогнуть и выпустить из подкожного плена обжигающую слезу, которая покатилась к виску и за ухо, приводя в чувство.

Что за ужасная привычка читать лежа перед сном, впадать в мучительную дремоту от невдумчиво прочитанных строк, монотонно ползущих от одной страницы к другой, и каждый раз просыпаться от раздирающего глаза и мозг ослепляющего света.

Виновница полуночных пробуждений лежит на полу вверх зеленой обложкой, выставляя напоказ потускневшие, истертые, когда-то золотые буквы: Шарлотта Бронте.