Чистая вода

Там, в приемной, нет главного инженера? Такой маленький человек в очках.

– Нет, – ответил я.

Я подошел и сел по другую сторону письменного стола. Диплом и направление я держал в руках; едва я коснулся стула, Мироян перегнулся через стол – и бац! – диплом и направление уже лежали перед ним на столе. И то и другое он прочитал от надписей до подписей, шевеля губами так, будто разбирал по слогам.

– Значит, ты должен был прибыть к нам первого октября, – сказал он. – А сегодня четвертое ноября. Как октябрь иногда затягивается.

– Я ездил домой, – сказал я.

– А если я всё брошу и тоже уеду на месяц домой?

По виду Георгию Аршаковичу нельзя было дать и сорока. Лицо его было смуглым и бритым, и голос – резким, сварливым, каркающим. Глаза навыкате смотрели мне в середину груди, потому что уже видели во мне своего подчиненного. Но в ту минуту я еще не был его подчиненным. Я верой и правдой пять лет просиживал штаны в аудиториях и читальных залах, я конспектировал, учил и сдавал, мотался по сборам и стройотрядам, ползал с автоматом в жидкой грязи.

– Надеюсь, вы недурно проведете время, – сказал я.

Мироян вынул пачку сигарет, вытащил одну, прикурил от газовой зажигалки, откинулся на спинку кресла и выпустил первую затяжку. Голова его сидела на короткой и крепкой шее по-борцовски, с наклоном вперед. Розовая полотняная рубашка плотно облегала выпуклую широкую грудь.

Он смотрел на меня, не мигая.

– Так мы не скоро столкуемся, – сказал он из облака табачного дыма.

– Почему? – сказал я. – Два дня я провел у вас в приемной, ожидая, пока вы уделите мне минуту-другую. Если целый месяц вы ждали меня, как я вас, я готов перед вами извиниться.

– Месяц назад у меня нашлась бы для тебя работа, – сказал он задумчиво.

– Меня не было в городе, – сказал я.

– Чего же ты хочешь теперь?

– Меня к вам прислали по распределению, – сказал я. – Я хочу услышать, есть ли в вашем тресте работа по моей специальности. И если такой работы нет, дайте мне официальное письмо, чтобы я устроился в другом месте.

– И у тебя уже есть место, где тебя берут?

– Нет, – ответил я. – Пока нет.

– Понятно, – сказал Мироян. Сигарета дымилась у него в углу рта, и сигаретный дым стелился вдоль лица сизыми волокнами. Он помолчал. Потом сказал: – Я не стал бы удерживать тебя ни минуты, если бы не закон о молодых специалистах. Ты направлен ко мне. Что ж, я дам тебе место. Место, с которого можно начать.