Машина пространства

– Только этого мне не хватало!

– Чего? – не понял Пеликанов.

В расширившихся серых глазах проводницы застыл первобытный ужас.

– Чего – пропащих! Прошлой осенью прямо эпидемия какая-то была. Шестеро! В этом году, думали, слава богу, а оно, прости господи, опять началось.

Проводница начала судорожно стягивать с себя перчатки, а потом стала размашисто креститься на иконку Пресвятой Богородицы, висящую в углу над металлической раковиной.

Жора плохо понимал, о чем она и что вообще происходит.

– Подождите, вы хотите сказать, у вас это регулярно люди пропадают? – оторопел Пеликанов.

– Да никакие они не люди, говорю же – пропащие. На поездах северного направления такое уж сколько лет творится, никто и не помнит, когда началось. То у нас объявятся, то на Мурманском, то на Вятском, – начала быстро перечислять она. – Иногда, бывает, на Воркутинском, но это редко. Войдет такая нежить под видом обычного пассажира, посидит-посидит, чаю попьет, а потом, исчезает, поминай, как звали. Да еще и прихватит с собой что-нибудь, а нам – отчитывайся за недостачу.

– Вы сейчас серьезно? – Жора всматривался в проводницу так, словно пытался разглядеть внутри нее какой-то удивительный механизм, заставляющий ее нести всю эту фантастическую чушь.

– Нам шутить на работе не положено. У нас с этим строго, – предупредила она.

– Куда они на поездах дальнего следования могут ездить? – изумился Пеликанов.

Он вспомнил, что в Средние века существовали «корабли дураков», на которых за пределы городов высылали душевнобольных, прокаженных и пьяниц, а ему в силу каких-то особых заслуг посчастливилось оказаться в поезде сумасшедших. По всей видимости, неспроста.

– Откуда мне знать? Я сама крещеная, и сына, как положено, на сороковой день окрестила, – зачем-то добавила проводница.

– И что, вещи вот так после себя оставляют? Куртки, портфели, зонты? – усомнился Жора.

– Да вроде нет, не было такого.

Пеликанов услышал в голосе проводницы затеплившуюся надежду.

– А ваш сосед без вещей пропал?

Когда они достигли восьмого купе, Иван Михайлович Зайцев сидел на своем месте, как ни в чем не бывало, закинув ногу на ногу, и всем видом выражал удовольствие от поедания шоколадной конфеты.

– Так здесь он, а вы говорите, – обиделась проводница.

– Иван Михайлович, я вас потерял, я уж было… – залепетал Жора.