Хочешь крылья белые? Сделай сам!

А после в бронзе или в камне

С высот заоблачных взираем

Как новый бродит в мире Гамлет

Страстями древними терзаем.

Кровь, морковь и любовь

Я грешил без оглядки и совести

И наказан любовью за то,

Что в печально возвышенной повести

Я нуждался, как заяц в пальто.

И хотя я любил до безумия

Божий мир, ни на грош не ценя

Жизнь свою, но сегодня я думаю,

Что она обожала меня.

Отвлекалась на вечные хлопоты

О моей непутевой душе,

И однажды сказала мне: «Жопа ты.

Все. Затрахал. Довольно. Туше.

Улыбнулась, оправила платьице

И взмахнула волшебным платком.

И отныне за мной она катится

Паровым неподкупным катком.

Птичка

Не напрягай меня без нужды,

Я все равно не напрягусь.

Я остаюсь сомнений чуждый,

Свинья, быть может, но не гусь.

Иерихонскою трубою

Весь мир назавтра прогреми,

Мне в этот вечер быть собою

Приятно, хули, mon ami

И если жизнь моя – засада,

Ищи себе других забот,

Но напрягать меня не надо,

Меня все это не a bird.

День завершался

(Шон Малыш и пятипалый)

Шон Птеродактиль сидел на большом саксауле,

Мысленно к небу в крутом воспаряя движеньи.

В небе смеркалось, ветра из тоннелей подули,

Шон чертыхнулся и зябко поддернул колени.

День первобытный свое завершая теченье

Канул туда, где и следует гнить мертвечине.

Слева от Шона неслабое вспухло свеченье,

Вновь Пятипалый возник по прихода причине.

«Снова, наверное, сбить меня будет пытаться»,

Шон осторожно вздохнул и взобрался повыше.

Но Пятипалый не в духе был Шоном питаться,

Он бормотал и чесал черепицу на крыше.

С горестным стоном поправив ее на стропилах,

Том Пятипалый прошел под большим саксаулом

Мимо цистерны, заполненной ржавым опилом,

В сторону древних руин, из которых так дуло.

День завершался, и Шон Птеродактиль заухал,

Жаль ему стало чего-то, чему и названья

Не было в мире… и камнем увесистым в ухо

Тут же был свален на груду бетонных развалин.

День завершался. Все так и должно быть, как было.

Том закусил и совсем ему сделалось томно.

Что-то забыл он, его ли то Нечто забыло?

Том померцал и уныло затрюхал до дома…

Пир во время чумы

При отсутствии света,

Мир – пристанище Тьмы.

Нам известно об этом,

Соглашаемся мы.

И ползем в буераки,

И наощупь живем,

И друг друга во мраке

Поедаем живьем.