КОраблЕкрушение

– А каким героем хочешь стать ты?

Яков нахмурился в любопытстве, сохранял голову в одном положении, будто выслушивать меня собирался один раз и внятно.

– Я хочу стать защитником воображаемых мыслей, всё то, что недооценивают.

Я поджала губы, опустила глаза, заметив за собой глупость, выданную вслух.

– Больше похоже на бездействие.

И священник от самоуверенности сунул руки в карманы. Этот жест, звук по одежде, шорох по ткани, врезался в мою голову, как нужный момент из будущего, словно «дежавю».

Моя кардиограмма нервного мышления задребезжала, и вся система внутри меня раскололась. Ну как так случилось, что моё сердце вдруг по-предательски стало подавать импульсивные маяки, прыгая в груди подобно бую, что на воде. Зачем эти карманы в рясе? Зачем? Перебивала я своё состояния, взяв фразу в квадрат, и циклично, снова и снова убеждала организм в ошибочных ощущениях. Разве рясу не носят одной сплошной накидкой? Что он тут вообще делает?

– Это я выделил основу из твоих слов.

В продолжении он чуть наклонился, вглядываясь в мое затихшее лицо.

– Я не бездействую! Я в запасе! А вы, настолько отчаявшийся человек, что не способны думать иначе?

Обидчиво буркнула я.

– И я не пойму, у нас какой характер у спора?

– Дружелюбный.

– Уверены?

– Если отследить путь увлечённости, параллель высказываний, сравнить весь реквизит к диалогу, вложенный в каждое слово, говорящий взгляд эмоциями за нас…

– Достаточно! На самом деле, одной библией тут не обошлось, – перебила я его.

Священник кивнул, выполнив при этом какой-то жест во рту, при котором челюсть его скривилась в сторону, а щеки втянулись, после продолжил.

– Почему ты здесь? Никогда не задумывалась о совершённом, неведении, повлёкшее ужасное обстоятельство, оставить тебя тут?

Он всё поглядывал на дверь, будто хотел удержать свой визит дольше. Я оглянулась вслед за ним.

– Что бы то ни было, чужой поступок оказался не гуманнее моего. С лёгкой краткостью я опубликовала свой ответ.

– И к тому же этой истории не будет!

– Ты будто охладела.

Подметил он, уловив мою торопливость.

Он был из тех, кто также как и я мог улавливать малейшие вибрации поведения по одной лишь интонации, мне надо быть осторожней, подумала я тише, хотя уже поздно мы с первого взгляда разгадали друг друга. Мне тут же захотелось прописать нашу разницу в разговоре с прояснением.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».