Дорогами Карны. Повесть-сказка

Подруги могли приходить ко мне в строго отведённое, заранее оговорённое время, праздники отмечались исключительно в узком семейном кругу. Одним словом, отец ещё очень долго всё это терпел.

Он, подобно тому, как другие дяденьки его круга тайком от жены проносят в дом выпивон, нелегально приобретал где-то «по блату» и проносил сырокопчёную колбасу, которую прятал то в погребе, то в гараже, потому что все тайники в комнатах и тем более в холодильнике мама без труда обнаруживала. Мне он при этом в качестве взятки совал купленные также «по знакомству» шоколадные конфеты, чтобы я ничего не рассказывала матери, но мог бы и не совать, я не любительница сладкого, а рассказывать его секреты и без того не стала бы.

Просто не видела в этом никакой необходимости. К тому же, мать вечно занята и недоступна.

Глава 12

Отец давно мечтал о машине, и у него была возможность её приобрести. В те времена авто были в дефиците и распределялись исключительно по предприятиям. Его очередь уже сто раз подошла бы, но… Автомобили вредят здоровью и окружающей среде, требуют внимательного ухода и вложения средств, и, вообще, наличие автомобиля будет поводом для соседей постоянно обращаться с просьбами куда-то их отвезти.

В общем, гараж у нас был, а машины в нём не было. Отец в гараже мастерил что-то, чинил сломанные вещи и просто прятался там от надоевших чистоты, порядка и вегетарианства.

Если бы мама захотела, мы могли бы жить очень хорошо материально, но она со временем отучила отца быть добытчиком.

Это по её инициативе он ушёл из рабочих в «начальнички». У рабочих зарплата была больше, чем у мастеров, но там, видите ли, не тот круг общения (А, где, собственно говоря, тот?).

Когда появлялась возможность приобрести по очереди или по тому же неистребимому «блату» какую-то дефицитную вещь, выяснялось, что иметь польский мебельный гарнитур или немецкий столовый сервиз – мещанство. Со временем на работе привыкли, что отцу «ничего не надо» и даже не подходили и не предлагали никакого дефицита.

Иногда наш скромный, размеренный быт грубо и бесцеремонно нарушался. Дом наполнялся громким смехом взрослых и озорными криками детей, вещи летели на пол, двери хлопали, в комнате орал телевизор, в кухне не замолкал радиоприёмник.

Это приезжала моя любимая тётушка, сестра матери, со своим многочисленным семейством. Вообще-то она была ей не родная, а двоюродная сестра, просто воспитала тётю моя бабушка, мамина мама.