Особенный день

 – «Скрытые чувства» – это великолепное произведение, из которого получится интереснейший фильм.

Алексей имел схожее мнение на этот счет и ответил:

– Я согласен. С удовольствием посмотрю, что у вас получится.

Борис удовлетворенно выдохнул и сложил ладони вместе.

– У меня на примете есть молодой и талантливый режиссер, – сообщил мужчина. – Уверен, что он с блеском справится с подобной задачей.

После этого разговора Борис пожал руку Алексею, встал из-за стола и сказал:

– Встретимся завтра в десять часов утра в вашем издательстве и подпишем все соответствующие бумаги.

– Хорошо, – согласилась Валерия.

Борис медленно спустился с пьедестала, короткими шагами прошел вдоль стены и покинул зал. Алексей снова взял в руки свою книгу, которая вертикально стояла на столе, и с едва заметной улыбкой спросил:

– Они все-таки снимут фильм?

– Твоя история выходит на новый уровень, – сказала Валерия. – После фильма число твоих читателей резко возрастет.

Алексей пока еще не до конца переварил эту новость. Конечно же, он ждал предложения экранизации его истории, но не подозревал, что оно поступит так быстро.

Валерия с Алексеем оделись, вышли из московского Дома книги и остановились посреди тротуара.

– Что это с тобой? – поинтересовалась женщина. – На встрече ты был веселым, а сейчас на твоем лице только грусть.

Парень погрузил руки в карманы куртки и задумчиво посмотрел в конец улицы.

– Последние несколько дней я чувствую гнетущую пустоту внутри себя, – произнес Алексей, не поворачивая головы.

– О чем это ты? – заметно удивилась Валерия и ухмыльнулась. – Ты исполнил свою давнюю мечту и должен радоваться.

– Да это так, но… – парень не закончил мысль и замолчал.

До этого момента Валерия была уверена, что успела хорошо узнать Алексея, но сейчас она была в замешательстве. Она совсем не понимала, что происходит на душе парня и в чем причина его странного состояния.

– Тебе стоит согласиться на предложение Федора Анисимова, – серьезно произнесла Валерия.

Алексей нахмурил брови, взглянул в глаза Валерии и сказал:

– Ты же знаешь, что мне это не нравится. Я не создан для семьи и не нуждаюсь в друзьях. Я уже давно привык к одиночеству, и мне так удобнее жить и творить.