Ангел – слово женского рода. Избранная любовная лирика

Он огненной слезой поманит среди мелей,

Великим маяком пронзит навстречу ночь,

И штурман верный курс проложит к этой цели,

О, сколько судьбам ты сумел вот так помочь!

Так пусть моя Ассоль дождется все же Грея,

И алый взлет крылом закончат паруса,

Там много лет ждала, терпела, не жалея,

Пусть разглядят корабль усталые глаза.

Твой принц еще в пути, под знаком Водолея,

И солью штормовой обветрено лицо,

Но крепче всех узлов и выше всякой реи

Твои любовь и жизнь, сплетенные в кольцо.

Я просто мнительный – и все тут…

Замок дверной пускать не станет,

Если вдруг прошлое придет,

Пускай оно в глазок лишь глянет

И никуда не позовет.

Задернут полог в беспорядке,

Застыла пыль на зеркалах,

Нет – на лице, где взгляд украдкой

Себя увидел впопыхах.

Гардины смяты тишиною,

Спиной широкой мир прикрыв,

А что храните пред собою?

Никчемность, пустоту, разрыв?

Подсвечник умер в груде воска,

Но нет – не в воске, а в огне,

Огонь потух, застыв неброско

Клочком тепла, и в темноте

Сменились тени на просветы,

И там, на книжных стеллажах,

Топтались кони до рассвета

В игристо-яблочных тонах.

Кувшин летел разбитый на пол,

Подковой сбитый сгоряча,

О нем божок восточный плакал

С облезлой краской у плеча.

Картины, лица, очертанья,

Крал сумрак дальше в глубине,

И в нем туманность созерцанья

Рождала образы во мне.

То ли реальность, то ли грезы

Струились по крутым углам,

Но нет – то запах розы

На твоих худеньких щеках.

Воскрес иль сгинул без кровинки,

Добро иль чудо, смех иль боль?

А сквозь меня, как по тропинке,

Сбегала крошечка Ассоль.

Посвящение учебному театру школы-студии МХАТ

Жениться на актрисах запрещали до революции детям благородных сословий.

Часть первая

Я в тайны театра вхожу за тобой,

Его как живого касаюсь рукой,

И кажется сложное очень простым…

Из трубки клубами качается дым.

Мне, правда, обидно за трубку мою,

Не в моде она, но ее закурю,

Овея дымами круг этих людей,

Которые в мире великих страстей.

Вдохнув, не спеша, затянувшись до дна,

Пущу по рукам, словно чашу вина,

В молчанье глубоком пытаясь понять,

Чем так высока та актерская рать.

Часть вторая

Сквозь люд продираясь заливший вокзал,

Глазами фигуру твою я искал,

Висок мне толкала упрямая мысль:

Ее же здесь нет, не ищи, отвернись.