Избранное. Стихотворения 1976—2019 гг.

Так с ним человек не одинок,

Рядом всегда собеседник,

Второе «я» и Люцифер, и Бог,

Иль «я» с ними вроде посредник.

Корочки вкус

Вова, за хлебом сходи после школы.

Булочку белого, пару ржаного;

Сахар, муки, килограмм вермишели.

Булочки, что я пекла, уже съели,

Оладьи сготовлю на простокваше,

Крынку вчера принесла тётя Паша.

Ладно, схожу, если вдруг не забуду.

К бане в субботу зайдет тётя Люда.

Всё, мам, побегу я, а то опоздаю,

Училка на русском у нас очень злая,

Влепит мне кол, я боюсь, ни за что.

В валенки ноги, на плечи пальто,

Шапку и ранец схватил, за порог,

И по морозцу бегу со всех ног

По Стадионной на Ленина в школу,

Не замечая ни ветра, ни холод.

Только что хлеб привезли, он горячий,

Пахнет, в авоську я булку не прячу,

Рву тут же зубами хрустящую корку,

Вкусно, и радостно как от пятерки,

Треть булки умял по дороге домой,

Как, не заметил, влетит, боже мой!

Если ножом, где щипал, подравнять,

Может, Толик отрезал, подумает мать.

Вова, купил, что просила? Угу…

Я вкус той горбушки забыть не могу.

Блудный сын

Смотрю я будто с неба в подзорную трубу:

Очередное тело моё лежит в гробу,

А в доме по соседству проходят в муках роды,

Я снова воплощаюсь, минуя в рае роздых.

Здесь грустные поминки, там радость дня рожденья;

Мой разум ненадолго охвачен сновиденьем;

Венки поверх могилы, поверх дитя пеленки;

В гробу молчанье мертвых, кричит младенец громко.

Я вижу это разом, и многократно видел,

Как дух, то входит в тело, то из него он выйдет.

С души забвенье смоет грязь копоти осадок,

Тогда-то ясно будет, мне воплощаться ль надо,

Достаточно ли долго вращал круговорот

В тела с небес на землю, из тел, наоборот,

Иль выберу другую планету из планет,

Где вечные живые, где смерти просто нет,

Уходят по желанью от жажды перемен,

Кто ад предпочитает, покинув рай взамен.

Быть может, сам когда-то свалял я дурака,

Романтик любопытный прибыл издалека,

Узнать, что в мире этом, как захотелось жутко,

Войду же в тело смертных, решил я, на минутку,

И угодил во щи, как кур, бессмертное создание,

В награду мне за это любви страстей страданье,

Круговорот воронкой затягивает снова,

Как век миную тяжкий, из мертвого в живого.

И Бог мне не поможет, коль не порву сам цепи,

Достигнув просветленья достаточную степень.