Чертовски 18+. Притча

«Султан Рахим мысленно усмехнулся – он-то знал, что единственный человек во дворце, который что-то сделает ради гостя, это его старшая жена Рамиля. Наверняка она наденет сегодня чуть больше драгоценных украшений, чем обычно. И то лишь во славу своего мужа! Многие драгоценности Рамили не имели цены в денежном выражении – старинные украшения, передаваемые из поколения в поколение на протяжении нескольких сотен лет. Время стерло их связь с деньгами. Одно лишь колье из изумрудов было оценено гостившим ювелиром как стоимость пяти городов.

Это настоящая реликвия. И бедный ювелир не мог спокойно смотреть, как Рамиля расхаживает в антиквариате по дворцу, общаясь, со слугами и занимаясь обычными женскими делами.

– Это варварство! – сокрушался он, жалуясь султану. – Вы не понимаете всей ценности этой вещи. Ее нужно беречь как зеницу ока!

– Мы не служим вещам, – ответил султан Рахим. – Но они служат нам. Что толку в драгоценностях, пылящихся в сейфах? Посмотри как к лицу моей жене изумруды! Как подчеркивают и оттеняют они цвет ее глаз.

Как радуется она тому, что владеет ими. Ценна не вещь, а смысл, который она несет. Это колье приносит моей жене радость – вот ее истинная ценность – в радости!

Ювелира увезли домой уже к вечеру с открывшейся язвой желудка.

– Варвары! – негодовал он, взбираясь в повозку. – Обладая несметными сокровищами, совершенно не умеют ими пользоваться.

– Варвары! – вздохнул султан Рахим, глядя вслед уезжающему гостю. – Все переводят в деньги, не понимая истинного назначения вещей».

– Не будем же смущать слуг и пройдем в сад, пока идут приготовления, – улыбнулся султан Рахим, жестом приглашая гостя.

Маньян учтиво поклонился, пропуская хозяина дворца вперед, и последовал за ним. Выход в сад находился в другом крыле дворца, и им пришлось проделать неблизкий путь, минуя бесконечную череду залов и коридоров. Маньян с удовольствием рассматривал устройство дворца изнутри. Каждый зал представлял собой разные стили, не свойственные восточному колориту. Один собрал в себя всю английскую чопорность, другой, будто оформлял педантичный немец, повесив на стены оружие, в третьем властвовал Прованс.

– Моя старшая жена Рамиля, – объяснил султан Рахим, видя обескураженное лицо гостя. – Она обожает учиться, и с ее легкой руки мы познаем мир, даже через такие вещи как быт и устройство иных национальностей.

– Мне не терпится познакомиться с ней, – ответил купец Маньян. – С вашего позволения.

– О, поверьте! – рассмеялся султан.