Безымянный

Или же, наоборот, нужно, что бы это было добро? Я б тогда смог остаться здесь на год, два или тридцать лет – откуда мне знать сколько продлится моя жизнь?

Нет, сейчас это всё не важно.

Нужно добраться до отеля.

Подхватив свою дорожную сумку, я двинулся по перекрёстку двух улиц.

Здания, расположенные в два ряда, тянулись по одной дороге в разные стороны. Казалось, что им нет конца.

? Мистер, вы бы лучше работу нашли, нежели сидеть здесь и клянчить чужие, честно заработанные деньги! – послышалось где-то рядом.

Я оглянулся.

Возле огромного прилавка с надписью «Булочки в переулочке», стоял толстый мужчина в тёмном бархатном пиджаке, со свинячьей мордой. Его маленькие глазки неодобрительно сверкали, посматривая вниз.

Я перевёл взгляд и увидел того, на кого так яростно ополчился здоровяк. Худощавый мужчина лет пятидесяти, с грязным лицом и в порванной одежде сидел под тем самым прилавком, прижимая к себе табличку с надписью «Дайте денег на еду».

– Знаю я, как честно вы зарабатываете эти деньги! Уж лучше так! – прохрипел седой.

? Да что ты знаешь! – возмутился здоровяк.

? Кхм-кхм! – негромко кашлянул я, дабы остановить бесполезную дискуссию и обратить внимание на себя.

Мужчины обернулась.

? Я шёл мимо, и случайно услышал ваш диалог, – облизнув пересушенные губы, продолжил: – Ваша дискуссия бесполезна. Я предлагаю вам пари.

? Пари?! – удивились в один голос мужчины.

? Именно, – подтвердил я.

? И что же это за пари такое? – ухмыльнулся мужчина с мерзкой мордой.

? Я дам сто долларов тому, кто достойно аргументирует своё жизненное положение.

? То есть, нам всего лишь нужно рассказать о своей жизни? – уточнил бродяга.

? Вы верно меня поняли.

Я не сомневался, что эти двоя согласятся. Жажда денег присуща обоим: одному из-за жадности, другому – из-за сложившегося финансового положения.

? Ну так что, вы согласны? – спросил я, вытаскивая из кармана шелестящую купюру.

Мужчины кивнули, и я махнул рукой в знак того, что можно начинать.

? Меня зовут Бенджамин, – начал бродяга, – мне почти шестьдесят, и я не всегда побирался! Ещё несколько лет назад я был профессором математики, преподавал в лучшем институте этого города! Но жизнь не справедлива к гениям, – он замялся, но быстро продолжил, – Два с половиной года назад меня сократили.