В плену вожделения

Егор, видя бешенство в глазах Евы, спокойствие на лице незнакомца, испуганную моську Вари и скрюченное тело на асфальте своего друга, просто стоял, не в силах двинуться. Всем было не до смеха, кроме той, из-за которой и произошла вся эта клоунада.

– Садись в машину, – сказал Мирон, обращаясь к Варе, которая дернулась от его взгляда.

Она еле заметно кивнула и направилась к черному, вылизанному до блеска автомобилю. Она сразу узнала его машину, ведь она одна была припаркована в уединенном месте для высокопоставленных гостей клуба.

Она уселась на переднее сидение, продолжая смотреть на Еву, еле стоящую на ногах, и Мирона, который взял ее, как собаку за шкирку. Варя видела, как Ева спорила с ним, но его выражение лица было холодным, словно лед. Он, не напрягая мышц, вел ее за собой, с каждый шагом укорачивая метры до машины. Когда Ева залезла на черные кожаные сидения, Мирон захлопнул дверцу.

– Остановишься возле круглосуточной аптеки, – приказным тоном сказала Ева, когда он сел за руль.

– Зачем? Ты поранилась? – он посмотрел на нее через зеркало заднего вида.

– Нет. Мне надо купить тест на беременность, а то вдруг моя шлюховатая натура принесла мне в подоле, – она снова плевалась ядом. – Такая наркоманка, как я, не должна портить жизнь детям.

Варя опустила взгляд, чувствуя всю летающую напряженность в автомобиле, исходящую от Евы. Она провоцировала всех, словно нарывалась на крики и насилие. Эта девушка будто подкармливалась, источая свою нервозность.

– Пожалуйста, отвези ее в аптеку, – произнесла Варя, у которой начали проблескивать слезы.

Она понимала, что Еве плохо, что она не должна идти на ее поводу. Она должна, напротив, умолять Мирона этого не делать, но боялась, что та от нее отвернется. Варя не могла ее потерять. Она была готова кормить ее всей этой гадостью, терпеть ее вспышки ярости, но при этом знать, что Ева будет рядом. Если Боровская была зависима от алкоголя и таблеток, то Варя была зависима от дружбы с ней.

Мирон видел по Варе, что та в отчаянии. В его машине сидели два подавленных человека, которые тянули его за собой в бездну негатива и абсурда. Он всегда твердил, что людей можно судить по обществу, которое их окружает. А теперь он сам вляпался в сборище взвинченной девчонки и ее изголодавшейся по мужикам подружки. Он выехал на дорогу в сторону круглосуточной аптеки, еще не догадываясь, что Ева на самом деле там забыла.