Бокал сангрии и паэлья

Кровать раскрывает мне на встречу свои мягкие одеяльные объятия. Уф! На следующее утро я бессовестно дрыхну до одиннадцати, проспав бесплатную кормешку. Приходится отправляться за продовольствием в ближайший супермаркет. Когда я пью на балконе охлажденный льдинками апельсиновый сок, телефон на столике заводится уже хорошо знакомым мне дребезжанием. – Светлана, это я, – сообщает мужской голос. – Нет, Светлана это я, – ворчу я, подозревая, что за таким выскоинтеллектуальным заявлением скрывается недалекий матадор.

 – Это Рикардо, – подтверждает мои подозрения собеседник. – Привет, – выжимаю из себя я. – Я извиняюсь за вчерашнее. Плохая была идея. – Ты уже извинился. – Встретимся сегодня? Извинениями рассыпавшийся на мелкие черепицы образ не склеить. – Я сегодня занята, – вру я, отталкивая от себя картины наших вчерашних постельных трюков. – А завтра? – Может быть. Рикардо в отличие от отфутболенного Константина хотя бы одним ценным качеством да обладает. Потому я не выбрасываю его сразу, а прячу в кармашек на черный день. Закончив этот малосодержательный разговор, я запасаюсь полотенцем, собираясь провести пару часов у бассейна. Когда я открываю дверь, на коврике обнаруживается голова маленькой белой розы, очевидно, соскользнувшая с ручки. Кто-то неизвестный продолжает баловать меня цветочными обкусками. Кто же этот неумелый флорист? У бассейна как всегда толкотня. Я замечаю странного рыжего парня, который на сей раз играет в карты в компании с белокожей толстухой в кепке. Это мирное занятие и общество дородной сеньоры разубеждают меня в опасности данного индивидума для общества. Поплескавшись в бассейне и попотев в сауне, возвращаюсь в номер. Стоит мне переступить порог, как телефон разражается радостным звоном, встречая меня на манер верной собаки. – Привет. Это Мигель. Преданный муж, два года ждавший поцелуя пьянчужки, которую я оставила вчера в баре в объятиях британской молодежи. – Ола, Мигель. – Как у тебя дела? – Неплохо. А у твоей жены? Лучше сразу расставить шахматные фигуры по своим клеточкам, чтобы потом не перепутать короля с конем.  – Я как раз об этом хотел с тобой поговорить. Эх, я как чувствовала, что не стоило оставлять эту рассамаху наедине с бледными юнцами. Сейчас получу на орехи от рогатого мужа. – Я могу за тобой заехать через пол часа? – Хорошо. Договорились. Я крашу ресницы лохматой кисточкой, перекатывая в мозгу аргументы. Они тяжелыми шариками ударяются друг о друга и бестолково гудят.