Бокал сангрии и паэлья

 – Ты устала, – теперь уже не спрашивает, а констатирует Мигель, – Я отвезу тебя. В машине веки окончательно закрываются и я, свернувшись в клубочек на сидении, проваливаюсь в мир снов. Возвращает меня оттуда странное ощущение дискомфорта. Открыв глаза, я сталкиваюсь с пристальным взглядом Мигеля, который он тут же отводит. – Давно стоим? – интересуюся я, сладко потягиваясь. – Только что приехали, – врет он. – Ну до завтра. – До завтра. Я тебе позвоню. – Угу. Я выжидаю секунд двадцать, прежде чем открыть дверцу и выйти.

Но Мигель не делает попытки меня поцеловать. Подобное поплзновение было бы естественно присечено на корню. Но само по себе оно бы наверно меня порадовало. Ан-нет. Наш герой демонстрирует мне свой гордый безразличный профиль. С момента раскрытия его обмана Мигель ни разу не напомнил мне о существовавшей некогда физической стороне наших отношений. Он ведет себя как друг. Подлец! Я выбираюсь из машины, нарочито громко саданув дверью. БМВ растворяется в ночной мгле. Я поднимаюсь к себе в номер. Когда дверь, попробовав на зуб пластиковую карту, послушно распахивается, из ее сжатых до этого челюстей выпадает белый квадратик. Я подбираю его и, пройдя в номер разворачиваю. Послание содержит всего одну строчку «run away and save your life5». Эта зловещая фраза метким ударом молоточка по черепушке завершает страдания мученицы. Я сползаю на пол и, облакотившись спиной о кровать, сжимаю веки. С балкона доносятся знакомые слова романтической композиции «Hello» Лионеля Ричи. Я комкаю в пальцах листок бумаги. Кто решил предупредить меня об опасности таким доморощенным образом? Подчерк корявый, какой-то детский. Может, чья-то глупая шутка? Если представить, что автор записки знает о намерениях Майкла и пытается мне помочь, то ему стоило бы подобрать другой текст. В случает, если я послушаюсь его совета и сбегу, моя ситуация только осложнится. Ведь мой так называемый побег это один из тех слонов, на которых держится коварный план гнилого британца. Тогда, может, написавший эти строки – враг, а не друг? Кто-то из окружения Майкла? Тем более не логично. Сам заговорщик даже не догадывается, что мне известны его замыслы, и ему совершенно невыгодно, чтобы я каким-либо образом о них догадалась. А если это кто-то другой, не имеющий отношения к этой истории? Я втискиваю голову в плечи на столько глубоко, на сколько это возможно и закрываю ее руками. Я в домике. Вам меня не достать, черные силы зла. Коленки намокают от слез. Мне одиноко и страшно.