Древо прошлой жизни. Том II. Часть 2. Призрак легенды

Она служила домработницей, и звали её несколько старомодным именем Клотильда.

После ужина, когда жара спала, я предложил Жану прогуляться и решил угостить его спиртом.

– Что это? – спросил он, присев на ступеньках крыльца.

– Русский напиток. Разбавляется водой. Чтобы он не стал тёплым, необходимо, долив воды, тут же закрыть сосуд и подержать некоторое время.

– Крепкий?

– Ну, вроде вашего «Наполеона». Только не забудь перед тем, как пить, вдохнуть, а потом сразу выдохнуть аромат через рот.

– А нельзя выдохнуть через нос как аромат коньяка?

– Не вздумай.

Пей всё целиком и закусывай виноградом. И ещё водой из кружки запей, а потом рукавом занюхай или свежесломанной веткой.

Жан стоически выпил и замахал руками. Я протянул ему кружку с водой.

– Молодец! Зато голова утром болеть не будет.

– О-о! Я пью только вино и могу долго описывать его вкус, а это… – он чиркнул себя ладонью по горлу.

Наступила моя очередь.

– Ну, выпьем за то, чтобы капиталистический запад не потряс ещё один экономический кризис, – произнёс я тост, выпил и закусил виноградиной.

 – А то ваш кризис может стать для нас новым поводом ободрать народ до нитки.

– О-о! Россия! Матрёшка, мафия, бель фий[69 - Belles filles (фр.) – красивые девушки.], – ответил Жан, едва отдышавшись.

– Это всё равно, что сказать: Франция – это Лазурный берег, Наполеон и лягушки. А «мафия» – не наше слово, а итальянское. Их мафия нашей и в подмётки не годится. Но главный наш брэнд – водка, автомат Калашникова и балет.

Они лучшие в мире, потому что мы больше всех любим выпить, подраться и потом поверить, что красота спасёт мир. А где твой дом?

– В Нормандии. Я из Руана.

– Знаю. В одном вашем соборе захоронено сердце Ричарда Львиное Сердце. И у вас же сожгли Жанну д'Арк, и развеяли по ветру её прах. И ещё у вас союзники, дотянув до 44-го года, высадили свои войска. Теперь каждый американский подросток уверен, что Гитлера победили американцы, хотя наши тинейджеры в знании истории им не уступят. А в России воевала ваша эскадрилья «Нормандия-Неман».

– Мой дед был лётчиком и погиб у вас.

– Значит, следующий тост за Нормандию.

Выпили ещё раз.

– У вас что, своего винограда нет, – спросил я, закусывая.

– Мы славимся яблоками.

– Ну, тогда за яблоки!

У Жана в Руане остались жена и двое детей. Выпили за них. Поскольку вино после водки не пьют, мы решили пойти спать. В предбаннике кто-то из нас задел пустую кастрюлю, загрохотавшую по ступенькам на весь дом.