Разъяснитель недоразумений

Он помог мне взять у мира то, что нужно было моему человеческому нутру.

«У меня есть дом, машина, работа, семья, любовница и возможность дальнейшего роста. Я честен и справедлив. И никто не скажет, что я трус!       Я состоялся, как нормальный, более того, достойный человек!» – так я уговаривал себя каждое утро, абсолютно не веря своим словам. Но меня поддерживали знакомые, жена, дети, телевизор. Они были счастливы чувствуя уверенность в завтрашнем дне, которую предоставлял им я, а мне мой незаменимый друг – страх.

Но поддержки окружающих было маловато.

Я стоял на балконе 125-этажного офиса и пил кофе во время обеденного перерыва и вновь убеждал себя в том, что я состоялся, что у меня есть все, что я смог, что не прогадал ни с чем, что попаду в рай и займу там какую-то хорошую должность.

Вдруг в горле запершило. Около часа я тихонько покашливал, но вскоре кашель превратился во что-то болезненное. В груди засвистело, и мой кабинет наполнился резкими звуками. Я тянулся к графину с водой, но кашель был настолько сильным, что я не мог удержать графин.

Я нажимал на кнопку, чтобы вызвать секретаря, но секретарь ушел на обед. Я беспомощно упал на пол и рисковал умереть от судорожного кашля.

И тут, собрав все силы, я так кашлянул, что из груди выпал какой-то предмет. Я увидел на полу свиток с сургучной печатью. Кашель прекратился. Я выпил полграфина воды и поднял свиток, вскрыл печать. Со свитка мне улыбался небольшой упитанный человечек с хитрыми глазами. Он махал мне рукой, а внизу я прочел: «Пока.

Удачи!»

Некоторое время я пытался понять, что же произошло, и вдруг… О ужас! Я ощутил, что ничего не боюсь!

Страх покинул меня! Сердце грохотало, будто в пустом металлическом резервуаре.       И если раньше оно подчинялось закону страха, то сейчас оно задавалось вопросом – по какому закону стучать… или не стучать вовсе?

Руки мои задрожали, ноги подкосились, и я упал в кресло. Вошел секретарь и заговорил со мной, но я не понимал его слов. Я хотел ответить, но язык не шевелился.

Я попытался встать, но не мог сдвинуться с места – я не знал, куда сделать шаг без моего верного друга – страха, который всегда указывал мне то место, где должен был оказаться мой след.

Я шел, но не знал, где находится мой дом. Я видел жену, но не узнавал ее. Я гладил по голове детей, но они казались мне чужими. Я здоровался с друзьями, но никому не хотелось пожимать руку.

– Милый, давай детей повезем в горы, там полезный воздух, – предлагала жена.

Но я молчал.