«Касалась Муза щёк моих…»

Не гони ты, Бога ради,

Ветер, волны не гони;

Для меня волненье – смерть;

На воде, как на батуте,

По поверхности скачу.

Я подобен капли ртути…

Чуду жизнь моя сродни, –

Над волною вдруг лечу.

Так приходит ко мне вера, –

Что сомненья, что мне шторм?

В Божий мир открылись двери,

К ним я с радостью бегу, –

С верой всё мне нипочём.

«Усмирит Он, знаю, море»,

Знаю, Он меня ведёт:

Я с иконой чудотворной –

На заветном берегу;

Светом дышит небосвод.

* * *

Однажды в сельском Божьем храме

Дневная бабочка порхала, –

«За упокой» – молитва маме

В тот скорбный час в тиши звучала.

…А над погостом в синем небе

Кружилась тихо бела лебедь.

Письмо Кате

Воли человека и Сам Господь не понуждает, хотя многими способами вразумляет.

    Амвросий Оптинский

Я удивляюсь молодым,

Тебе я удивляюсь, Катя!

Не освежает воздух дым,

О, как сегодня дым некстати!

…Давно костры уже сгорели,

И дует ветер очищенья;

Ну, что ты, Катя, в самом деле,

В каком живёшь ты измеренье?

Словам поверила легко

И в пустоту открыла двери…

Подумай, бабке каково

Узнать, во что ты нынче веришь?

Сними с очей же, Катя, шоры

И древние молитвы вспомни…

Осядет муть, исчезнут споры,

Не поменять у древа корни.

Исчезнет, Катя, едкий дым,

От веры предков не отступим.

Да, нелегко вам, молодым,

Порой наивным, но не глупым.

Недавно в сельской церкви был,

Молились маленькие дети…

Подумал, здесь мой прадед жил, –

Дороже нет земли на свете.

«Не нам ведь пастырей судить,

Не нам менять молитв каноны,

По вере предков надо жить», –

Шепчу слова я пред иконой.

Касалась Муза щёк моих…

Поэт

Велика Россия, а позвонить некому…

    Геннадий Шпаликов

Он – утлый чёлн,

Он – ледокол,

Он – миноносец, он – корвет,

Он – парусник времён Петра…

Роняя строки на ходу,

Поэт, подобно кораблю,

В житейском море шествует один.

Ему и штормы нипочём,

И не пугают его рифы,

Но затхлый штиль поэту хуже смерти.

А безразличие толпы?

А фарисейство власть имущих?

Кому дано понять Творца?

Он – Человек, но он – Поэт.