Андрюшка

Андрюшка

Фаргат Закиров

Подростки, предоставленные самим себе, зачастую рано узнают о проблемах взрослого мира.

Но как правило, в эти моменты рядом не оказывается кого-то из более зрелых близких людей, чтобы объяснить им, поддержать их и помочь преодолеть трудности.

Герой этой истории, ученик средних классов, безотцовщина, встречается с проблемой различия добра и зла, хорошего и плохого.

Удастся ли ему самостоятельно разобраться в себе? Как это повлияет на его хрупкое мировосприятие?

Читай рассказ и узнай, с какими трудностями столкнула жизнь замкнутого в своем крошечном мире подростка и сумел ли он найти дорогу к свету.

Фаргат Закиров

Андрюшка

Глава 1

Андрюшка был весьма замкнутым в себе подростком: тщедушный, бледный, с болезненного цвета худым лицом, усыпанным веснушками, большим неулыбчивым ртом с тонкими губами и отсутствующим взглядом. Оттопыренные его уши просвечивало солнце, что являлось предметом насмешек и обидных прозвищ со стороны одноклассников.

Ко всему прочему, одиннадцатилетний школьник был весьма рассеянным и медлительным. По мнению его классной руководительницы Светланы Григорьевны, он: «Ворон считает», а его мать, Ольга, называла сына мечтателем и часто раздраженно окрикивала его: «Хватит в облаках витать! Вернись уже с небес на землю!» – и плакала. Она часто плакала, тихо, не в голос.

Андрюшка, в такие моменты, молча, стоял поодаль, виновато понурив голову и мысли его тогда бывали где-то далеко-далеко, за пределами серой реальности.

Читал Андрюшка жадно и много. Он представлял себя путешествующим вместе с героями, о которых читал, был их другом и соратником, хотел быть похожим на них. Своими размышлениями, мечтами подросток ни с кем не делился, он хранил их в своем сердце, это было его сокровенной тайной.

Ольга переставала плакать и, вытирая ладонями слезы с покрасневших глаз, обнимала сына. «Горе ты мое луковое!» – произносила она, силясь улыбнуться и Андрюшка, вернувшись к реальности, обнимал мать в ответ. Он думал: «Почему я горе? И почему именно луковое?». Затем Ольга, наконец, выпускала сына из объятий и он, вздохнув, уходил к себе в комнату делать уроки.

Глава 2

Воскресенье выдалось солнечное, был сентябрь, стояло бабье лето.