Московский бунт

Агрессии в толпе нет. Полицейские – тоже расслабленные. В оцеплении – сначала тощие и очень мелкие срочники, а во втором ряду – здоровенные ОМОНовцы.

Человек на трибуне говорит в микрофон:

– Меня беспокоит больше всего наше чиновничество. Оно жадное, ленивое и лживое, не хочет ничего знать, кроме служения собственным интересам. Ненавидящее людей. Оно, как ненасытный крокодил, проглатывает любые законы, любые инициативы людей, оно ненавидит свободу человека. Поэтому я уверен: если у нас и произойдет поворот к тоталитаризму, произволу, то локомотивом будет чиновничество.

Распустившееся донельзя, жадное, наглое, некомпетентное, безграмотное сборище хамов, ненавидящих людей. Пора сбросить оцепенение. У нас есть голос и силы. Люди с чувством собственного достоинства должны чувствовать свою солидарность. Самое мощное оружие, которое есть у нас – чувство собственного достоинства. Его нельзя снимать и надевать как бархатный пиджачок.

Толпа нестройно скандирует:

– Один за всех и все за одного.

Сам политик не обращает внимания на людей, кричит:

– Мы здесь народ! Не вы наша власть, а мы ваша! Хватит воровать голоса на выборах!

Нельзя игнорировать нечто другое, трудно поддающееся описанию.

Выражение лица. Этот человек кажется непробиваемым. Как стена.

Возможно, в этом он прав. Он сам сознательно загнал себя в такую ситуацию, выбраться из которой можно только убивая.

Рядом со мной двое молодых людей с белыми повязками начинают кричать:

– Ваши выборы – фарс!

Толпа с готовностью их поддерживает.

За кем молодежь, за тем и будущее.

–У нас украли миллионы голосов! – надрывается толпа, размахивая самодельными плакатами. Кто-то потратил на создание транспарантов свое время. Как давно согласовали этот митинг? Неужели никто изначально не верил в честность прошедших выборов?

– Воры должны сидеть в тюрьме!

Лозунги, слишком длинные и неуклюжие, но в толпе люди кричат, пытаясь докричаться до невидимых слушателей. Кто должен засвидетельствовать гнев нескольких человек?

Я смотрю вперед, где толпятся первые ряды, занявшие лучшие места у небольшой сцены с белым плакатом, на котором алыми буквами написано «Выборы».

Что там такое с выборами я прочитать не могу, флаги и плакаты загораживают обзор.

Я иду к сцене. На пути оказывается оппозиция с красным транспарантом ”Власть нас не слышит!”. Транспарант с одной стороны держит парень с тоской на лице, с другой девушка. Лицо её ожесточённо и злобно, как у собаки, защищающей свою кость.