Легко видеть

Речной инженер ехал в верховья с какой-то инспекцией в связи с маловодьем, угрожавшим приостановить судоходство, и Михаил поинтересовался, как можно исправить положение.

– Дноуглубительными работами на перекатах, – ответил речник.

– А какие глубины должны быть?

– У нас гарантированный минимум – девяносто сантиметров при ширине фарватера пятьдесят метров. Пока еще держим.

– Да, я видел на сигнальных мачтах, – подтвердил Михаил, – где метр, где метр десять. Но все же многоставный плот недалеко отсюда на мель засадили.

– Верно, я было тоже забеспокоился, но как увидел, что он за обстановкой, так и думать о нем перестал.

– Углублять русло на перекатах, небось, дорогое удовольствие?

– Конечно, дорогое. Да сейчас и не поймешь, что тут вскоре будет. Тут ведь у нас немного повыше – около Усть-Вои собираются строить высотную плотину.

– Да ну? Для чего? Чтобы на всей верхней Печоре гарантийный минимум без землечерпалок держать?

– Не только на Печоре.

– Ничего себе! Это сколько египетских пирамид? Штук сто пятьдесят по объему? Таких вроде в мире еще не строили!

– Да. Ну вот и представляете, какие тут будут глубины.? А нам из министерства речного флота велели представить перспективную заявку на дноуглубительную технику.

– Обычная вещь. Строить будет одно министерство, эксплуатировать водные пути – другое. Ваше начальство полагает, что если будут строить, то долго, не одну пятилетку, а ему все это время надо обеспечивать грузоперевозки и лесосплав. Отсюда и требование заявки.

– Наверное, так, – согласился речник.

– А что будет с семгой? Выше плотины она, видимо, не пойдет, даже если построят рыбоподъемник, как на Волгоградской ГЭС.

– А кто тут будет думать о семге? – махнул рукой речник.

– Как кто? – усмехнулся Михаил. – Начальство. Оно ее очень любит употреблять.

– А-а! Так начальству в других местах наловят, хотя печорская действительно считается самой лучшей.

Они замолчали, провожая глазами исключительно фигуральную и действительно красивую девушку из команды судна.