Голубой Майзл. Роман-сюита

Но смех смехом, а я вернулся тогда в Штаты как последний шлемазл – ни с чем. Как ты понимаешь, таких мони[16 - Деньги (англ. искаж.).] у меня не было. Даже если бы я продал тогда свою мастерскую и попросил тебя за твою трехбедренную[17 - Трехкомнатная (англ. искаж.).] квартиру в Аркадии.

– Это да! – Арон покачал согласно головой. – Но мне не терпится услышать, как же ты, старый гешефтмахер, всё сумел провернуть!

И мне не терпелось, но Руди, так и не дождавшись моей отмашки, уже нёс поднос с тарелками. Гости занялись едой, а выглядела она очень симпатично – Алессандро, которого я нежно поцеловала перед заказом прямо в макушку, постарался на славу.

А я тем временем наведалась к столику, где Клара принимала заказ от испанцев, и от души посмеялась над тем, как она то мычала, изображая говядину, то блеяла, изображая баранину. У Клары такие вещи получаются замечательно, просто актриса на детском утреннике. Все смеялись, и даже я засмотрелась на её кривляние.

– Как ты можешь есть эту гадость – этих шримпс? – услышала я, как спрашивает Иосиф у Арона, когда вернулась к их столику.

– Ося, креветки – это не гадость, – засмеялся Арон. – Это, Ося, пища богов.

– Арик, это не наши боги, это гойские боги. И это не пища, а… – он так сморщил лицо, что даже я почувствовала отвращение к креветкам. – Пастридж, как это будет по-русски… э-э-э… подножный корм! М-м-м, вот ягнёнок – это что-то! Хочешь, дам пис[18 - Кусок (англ.).]? Не забудь потом передать повару мой респект.

Я мысленно повторно поцеловала Алессандро в макушку.

– Как говорила моя мама – твоя бабушка, «живешь с воронами – каркай как они».

– Смотри, дядька, докаркаешься до того, что когда-нибудь в синагоге не пройдешь фейсконтроль, – запивая ягнёнка вином, съязвил Иосиф.

Руди расторопно отнёс пустые тарелки, и оба гостя с бокалами в руках вытянули ноги под столом.

– Я одно большое ухо, – Арон, несмотря на лёгкое опьянение, внимательно слушал племянника. – А судя по твоим горящим глазам, ты имеешь, что рассказать. Одно надеюсь – меня потом не привлекут за недоносительство.

Давай, выкладывай, как тебе всё удалось.

– Арик, это был перст судьбы. Я уже смирился, что Лёва отсидит хотя бы половину срока из двадцати пяти впаянных. Но даже двенадцать лет… Ты же знаешь, как я хочу внуков. Ты не поверишь, дядя, пару раз я даже молился! Правда, как-то неправильно, проклинал тех гоев, что подставили моего Лёву с драгам[19 - Наркотики (англ. искаж.).], – Иосиф выпил глоток вина и почмокал языком.