Социопаты

Шестилетняя дочь уже была в ванной, когда Белла открыла дверь детской, чтобы её разбудить. Дина уже два месяца ходила в школу и, нужно признать, была в настоящем восторге. Девочка росла умницей: в свои шесть она знала и любила математику, свободно читала тексты на английском и прекрасно излагала свои мысли. «Боже мой, – умилённо говорили соседи Белле, любуясь выходящей во двор девочкой, – Да у вас рекламный ребёнок!» Красота ей досталась от матери – симпатичный курносый носик, выразительные карие глаза, большие губы, всегда готовые рассмеяться.

Длинные рыжие волосы делали Дину героиней весёлой ирландской сказки, а всегда пронзительный, но по-детски наивный взгляд мог растрогать любого за считанные секунды.

Родители отдали Дину в престижную школу на Ленинском, и пока что она оставалась лучшей ученицей первых классов. Помимо учебы, девочка занималась балетом – чувство ритма и пластичность так же достались от матери. От отца она унаследовала разве что тягу к азартным играм. Девочка часами могла простоять у автоматов с игрушками, но в детстве такие вещи выглядят безобидно.

Белла готовила завтрак, когда Давид, с трудом фокусируя взгляд, появился на кухне.

– Ну, солнышко? Что у нас сегодня? – приобняв жену за талию, спросил он.

– А ты спроси у своей секретарши.

Белла вывернулась из объятий мужа, продолжая управляться со сковородкой. Давид закатил глаза.

– Белка, ну ты чего начинаешь? Нужна мне эта Софья, я умоляю тебя!

Белла на секунду перевела взгляд на мужа.

Она не могла перестать думать о том, каким жалким он казался ей теперь. «Жалкий, жалкий, жалкий» – произнесла она про себя. Никаких эмоций это слово больше не вызывало. Она вздохнула.

– Прекрати врать, – Белла поставила тарелку на стол, – И умойся. От тебя разит.

– Спасибо, милая.

Из последних сил изобразив сарказм, Давид побрёл в ванную. Дина быстро позавтракала и убежала за школьной формой. Через полчаса и отец – приподнятая бровь, трёхдневная щетина, – и дочь – искрящиеся глаза, до блеска натертые ботиночки, – были готовы отправляться.

Белла поцеловала Дину, бросила мужу сухое «пока», и осталась одна в квартире. Щёлкнув кнопкой электрочайника, она провалилась в кресло и закрыла глаза. Её затопили воспоминания.

Белле было двадцать, когда родители выдали девушку замуж за Давида Мельцова – некрасивый, с тяжёлыми веками, смешно полноватый парень, он, казалось, должен был вызывать одно только сочувствие.