Богоча. История Красного Шамана

Ты смотри, не давай стоять другим. Лето нынче короткое, сам знаешь.

– Хорошо, Хозяин, – ответил косарь.

В этот момент, со стороны подбежал взлохмаченный паренек.

– Хозяин, – обратился к Оросу парень, остановившись на почтительном расстоянии.

– Чего тебе, Микитэ, – спросил Орос, вытирая косу пучком травы.

– Там, по западному склону, на кочкарнике, Пима траву косит, прямо в воду…

– С утра косит?

– Да, и траву он с воды даже еще не поднимал.

– Он что, там один?

– Да он и так все время один, – заливаясь смехом, ответил парнишка.

– Дурак безмозглый! Он и по жизни и в работе такой, – сердито гаркнул Орос,

– Хорошо, Микитэ, возьми мою косу, отнеси на табор, скажи старикам, пусть сетки поднимают, а тетки котел уже поставили, я скоро подойду.

Он срезал прут с ивового куста и прямиком двинулся через лес.

Кухума строго посмотрел на улыбающегося Микиту,

– Не стой, давай иди. И вы, – обратился он к подходящим косарям, – не останавливайтесь, разворачивай линию и вперед, я последним пойду.

– Эй, что? Давай отдышимся, немного, – бросил просьбу кто-то из косарей.

– Потом отдышитесь, зимой, и отдышитесь и отоспитесь! Пошли уже, лето короткое.

Косари уже выстраивались и выходили по своим линиям.

Кто-то вдруг подпел, – Э-эх! То-ох! Тыэл суох…

Косари засмеялись шутке, и дружно двинулись по травяной стезе. Только свист полотен по крепкой траве, продолжал напоминать какой-то песенный запев, растворившийся в густом жарком летнем воздухе.

ПИМА

– О-ой-ой, надо же… – запричитал, завидев грозно надвигающегося Ороса, худой, изможденного вида человек.

Бросив в сторону маленькую, тонко уточенную косу-литовку, Пима попытался сбежать через развесистый кочкарник. Но Орос ловко перешагивая через болотные преграды, быстро настиг беглеца и, схватив бедолагу за загривок, и вытащил его на лужайку.

– Я тебе что говорил, возьми закуток и коси, я с тобой поделюсь, будут у тебя бугулы на обмен. А ты траву мочишь, с самого утра из воды поднять ленишься.

Зачем мне гнилая твоя трава. Ты, дурак! Как же ты мне надоел! – хлеща Пиму прутом, громко и сердито ругался Орос.

– Эй, ты! Ну-ка хватит, я тебе сам сейчас как дам. Ты кувырком улетишь. Хозяин, понимаешь ли, нашелся! – вдруг в ответ, плюясь и отмахиваясь тонкой ручонкой, пискляво заартачился Пима.

– Что? – закричал Орос, оторопев от такой неожиданности. – Ну, ты! – прошипел сквозь зубы Орос, и с маха шибанул извивающегося Пиму кулаком по скуле.